— Вы не можете…
— Ты собираешься взять меня против моей воли?
— Нет, но…
— Тогда я могу.
Голова Даллас резко повернулась к нам.
— Тебе нужно наложить швы.
Явное беспокойство, цепляющееся за ее голос, взволновало меня, и именно поэтому я понял, что полностью облажался.
— Я наложу. Я знаю, что делаю, — я выпрыгнул из машины скорой помощи и направился к нашему «Майбаху», где меня ждал Джаред. — Пойдем, Печенька.
Она выглядела разрывающейся между попыткой убедить меня поехать в больницу и выполнением того, что я сказал.
В конце концов, она, похоже, вспомнила, что ее муж ни перед кем не отчитывается, даже перед ней, и присоединилась ко мне.
Когда мы проскользнули внутрь и мое кожаное сиденье без рубашки было залито кровью, Джаред не стал задавать никаких вопросов.
Он знал свое место.
Заткнись и веди машину.
ГЛАВА 55
Ромео
Мне казалось, что у Печеньки есть что сказать.
Или в ее случае – сломать.
Я проигнорировал ее и вошел в свою комнату, все еще истекая кровью. Она шла за алыми каплями крови, как Гензель и Гретель за конфетным следом.
"
"В ванной я вытащил аптечку и снова продезинфицировал рану. У меня были царапины и похуже, но это выглядело отвратительно.
Даллас запрыгнула на стойку у раковины, обняла колени и оперлась на них подбородком, изучая.
— Нужна помощь?
Я вытер участок насухо и вытащил иголку с ниткой, хмуро глядя на бицепс, который мне нужно было сшить.
— Ты умеешь зашивать огнестрельные раны?
— Нет.
— Тогда как ты предлагаешь мне помочь? Аплодировать со стороны, держа табличку с моим именем?
Она моргнула от моих резких слов, явно обиженная.
Продевая нитку в игольное ушко, я добавил:
— Теперь ты можешь уйти. Ты хорошо поработала сегодня. Думаю, мы сохранили контракт.
— Это все, что тебя волнует?
Я провел кончиком иглы по коже, ища, где она надорвалась. Какой паршивый угол для наложения швов.
— Конечно, нет. Меня также волнует ущерб, который они нанесли «Ле Блю». Каре нужно будет поговорить со страховой компанией и властями. Бюрократия – настоящая сука.
— Ты спас мою жизнь.
— Этот клоун не собирался причинять серьезных повреждений. Он был всего лишь ребенком.
Она спрыгнула со стойки, наклонила голову под меня, чтобы поймать мой взгляд, и сжала мое лицо ладонями.
— Нет, он был зол и спровоцирован. Ты принял за меня пулю, Ромео.
Я нахмурился.
— Не драматизируй.
— Спасибо.
Поскольку я не продвинулся в поиске отправной точки, чтобы сшить себя, я откашлялся и отступил назад.
— Пожалуйста. Теперь уходи.
