— Даллас, — он положил руку мне на предплечье. — О, Дал, пожалуйста. Пойдем со мной, — он поймал мою руку, — давай умоем твое лицо.
Я позволила ему вывести меня из бального зала. С его стороны было в равной степени мило и безумно предположить, что я позволю воде коснуться моего лица после того, как я три часа подряд делала макияж.
— Я не хочу мыть лицо.
Он остановился и повернулся ко мне, его рука все еще переплеталась с моей.
— Хорошо. Знаешь что? Позволь принести тебе тарелку десертов. Это всегда поднимает настроение.
Встретимся сзади.
Мне было удобно улизнуть со свадьбы на задний двор бального зала и сесть на перила. В конце концов, мне было наплевать на то, что кто-то обнаружит меня с Мэдисоном.
Двор выходил на небольшое озеро. Лебеди и утки скользили по ледяной воде.
Мэдисон появился с тарелкой, уставленной розовыми и коралловыми макарунами, эклерами из белого шоколада и фруктовыми пирогами с золотыми крапинками. Десерты выглядели слишком красиво, чтобы их можно было есть.
Тем не менее, я запихнула себе в глотку макарун, едва почувствовав его вкус.
Мэдисон сел рядом со мной.
— Лучше?
Я кивнула, щурясь на бесконечные зеленые холмы и сады, окружающие владения фон Бисмарка.
— Мне очень жаль, Мэд…
— Пожалуйста, хватит об этом, — он похлопал меня по коленке, улыбаясь. — Мы с тобой оба знаем, что на самом деле ты мне не изменяла. Мы всегда были договоренностью. Не обременяй себя необоснованным чувством вины. Был ли я разочарован? Да.
Ты мне нравилась. Ты мне все еще нравишься, Дал. Но ты выбрала того, кого выбрала, и я принимаю это.
Очень желая успокоить его, а также избавить себя от тяжести правды, я выпалила:
— Но я вовсе не выбирала его. Это должен был быть один маленький поцелуй, прежде чем я выйду за тебя замуж. Все пошло как снежный ком, и теперь я застряла с… с… этим зверем.
Было приятно быть ребячливой и искренней. С Мэдисоном, мои другом детства, я чувствовала себя свободной версией себя, которую вышвырнут из залов приличного и зрелого общества.
Мэдисон выглядел так, словно небо упало ему прямо на голову.
— Ты хочешь сказать, что не хотела жениться на Косте?
— Нет! — я вскинула руки. — Папа заставил меня после того, как поймал нас. Ромео все это спланировал. Он меня подставил.
Когда я объясняла Мэдисону цепь событий, в глубине души я знала, что играю не с огнем, а с полноценным ящиком с динамитом.
Но соблазн оказался слишком велик.
