Прекрасные ночи, полные страсти, нежности и любви, и чудесное утро после — совместный душ, горячий кофе и свежие булочки. Что ещё надо для счастья? У меня теперь все есть!
Временами мы оба скучали по льду, и Камиль вёз меня в местный спортивный комплекс, чтобы мы обули коньки и прошлись по катку. Это ощущение полёта ни с чем не сравнить, разве что секс с Камилем. Вот тут не могу выбрать, что лучше! И то, и другое — мои самые сильные слабости.
Сегодня на льду нас оказалось трое — когда я приехала к оговоренному времени, Камиль уже ходил по арене, держа за руку мальчика лет пяти.
Ребёнок улыбался и громко что-то говорил папе, а он его слушал, словно взрослого. Я видела впервые сына Камиля, но тут невозможно было ошибиться — настолько они похожи. Даниил — маленькая копия Камиля. Представляю, каким красивым вырастет мальчик, с такими же серыми глазами как у его отца.
Я остановилась у края катка, уже в коньках, и не знала, имею ли право прерывать такой нежный и семейный момент, но Камиль сам заметил меня и махнул рукой, приглашая подойти к ним.
Я ступил на лёд, грациозно дошла до них и остановились в крутом повороте.
— Вау, — раскрыл рот ребёнок. — А меня так научишь, пап?
— Умница, — одобрительно улыбнулся мне Камиль, а затем повернулся к сыну. — Конечно, научу. Ты все будешь уметь не хуже меня. Познакомься, это Соня. Соня, это Даниил.
— Можно просто Даня, — мальчик протянул мне ладошку, с любопытством разглядывая меня.
— Привет, Даня, — улыбаясь, пожала в ответ протянутую детскую ладонь. — Приятно познакомиться.
— А что ты ещё умеешь?
— Много чего, ведь меня учили твоя бабушка и папа.
— Правда? — восхитился он. — С тобой занималась бабушка?
— Да, — кивнула я и посмотрела на Камиля.
Я не знала, сказал ли он сыну о смерти своей мамы, и боялась сболтнуть лишнего. Судя по серым глазам, сын не в курсе, значит, диалог лучше увести в другую сторону.
— Ну что, Даня, прокатится со мной в паре?
— Ага, давай.
Он взялся снова за мою руку и мы вдвоём пошли вперёд.
— Ты такая красивая, я тоже хочу дружить с тобой, как папа, — сказал Даня мне.
— О, ну спасибо, — засмеялась я в ответ. — Считай, что мы уже друзья.
— Круто!
Мы прошли несколько кругов, когда моя голова внезапно закружилась, и еле успела подъехать к борту и удержаться за него. Головокружение и слабость были такими, что я едва не упала.
— Соня, ты что, болеешь? — сочувственно спросил сын Камиля, догнав меня.
— Соня, в чем дело? — загремел и голос тренера, раскатываясь по всей арене.
