В голове бродило множество самых разных мыслей.
Кажется, всё-таки стоит увеличить толщину резины на моей электрической дубинке? Что имел в виду Лис, говоря о рутине? Это такая вот у него рутина, да? Или меня он тоже беззлобно троллит? То, что мне купили новую одежду и это было обставлено как подарок… так следует ли из этого, что нужную сумму вычтут из моего жалованья? А оно вообще-то у меня есть? Нет, понятно, что определённую сумму в полкроны в неделю должна получать моя пьяная бабка, но это же не мои деньги, верно? За дело мисс О’Доннелл нам, разумеется, никто не заплатил.
Получается, весь риск был только для удовольствия мистера Лиса? Искусство ради искусства? Надеюсь, что хоть с тигром нам повезёт больше, там мы, по крайней мере, сразу получили на руки аванс…
Вот из-за всей этой кучи неразрешимых вопросов я и не смог заснуть сразу, а когда наконец уснул…
— Майкл! Вниз! Живо!!! — прогремел на весь дом стальной голос моего наставника."
"Меня буквально выбросило из кровати, и, как был в ночной рубашке, я кубарем скатился по лестнице в гостиную.
Встав на ноги и бросившись в прихожую, я застал там страшную картину. На кафельном полу лежало тело человека, несчастный ещё бился в судорогах, а под ним натекла приличная лужа крови. Дворецкий Шарль поддерживал его голову, а месье Ренар в домашнем шёлковом халате быстро писал что-то на листке бумаги.
— Что случилось? Кто это? Он же не…
— Он самый, мистер Уэкс, секретарь и помощник сэра Раджива Капура, — резко обернувшись, ответил Лис. — Видимо, ему всё-таки захотелось чем-то с нами поделиться, раз он прибежал сюда ночью.
И был зарезан, едва коснувшись дверного молотка.
У меня на мгновение пропал дар речи. Всё происходящее выглядело как-то слишком неестественным. Мистер Уэкс вздрогнул в последний раз, и его тело обмякло.
— Вот, держи! Дуй как есть на угол улицы к мосту, там всегда дежурят два полисмена. Передай им записку и пулей обратно. Справишься?
— Д-да, да, сэр.
Я с трудом подавил рвотный рефлекс и, осторожно обойдя лужу крови, выскочил из дома.
Туман глушил свет газовых фонарей, но до перекрёстка было всего ничего, меньше квартала. Через минуту я разглядел силуэт полицейского, подбежал к нему и отдал стражу порядка записку от месье Ренара. Видимо, он знал Лиса, потому что сразу дунул в свисток, призывая товарища.
Я же бросился обратно так быстро, как только мог. Босой, в одной рубашке ниже колен, я бежал, буквально чувствуя, как чьё-то горячее дыхание обжигает мне затылок.
