Бабуля удовлетворённо кивала, прихлёбывая виски, время от времени отпускала крепкие словечки и примерно через полчаса была уже практически никакая. Мой учитель в очередной раз оказался прав: больше часа мне здесь делать абсолютно нечего.
Я осторожно встал на цыпочки, чтобы не потревожить её пьяный сон, и тихо прошёл к двери. Открыл, высунул нос наружу и невольно отпрянул назад. Банда Большого Вилли в полном составе честно ждала меня на улице. Нет чтоб разойтись по своим делам?! Но как же, мы ведь все британцы, а для любого англичанина слово чести выше всяческих неудобств.
— Мы тебя ждём, мелкий ублюдок!
— Кеб подан, хлопчик, — раздался из-за угла зычный голос и стук колёс по мостовой.
— Фрэнсис? — сразу же вышел я. — Ты невероятно вовремя.
— А то ж!
Большой Вилли с парнями в бессилии сжимали кулаки: как кебмены защищают своих пассажиров, было известно всем, даже самым отмороженным уголовникам. Одного взгляда на могучую фигуру рыжего донца в круглой бараньей шапке, на его тяжёлые копыта, крепкие зубы и решительный взгляд было достаточно, чтобы отбить у любого желание нарываться.
— То твои приятели? — хмыкнул Фрэнсис, пока я лез в кеб. — Ну ничего, хлопчик, даст бог, свидишься с каждым один на один в тёмном переулке. Тока иди сзади и кирпич не забудь. К Лисицыну едем, да?
— Само собой!
Домой мы добирались под распевное:
Скинемся по денежке,Пошлём за винцом!Выпьем мы по рюмочке,Позавтрекаем!Выпьем по второй,Разговор заведём,Выпьем мы по третьей,С горя песню запоём!Сегодня я простил ему всё.
То есть, честно говоря, как можно плотнее зажал ладонями уши, закрыл глаза и держал язык за зубами. Уже когда кеб, выпустив пар, заскрипел тормозами перед небольшим двухэтажным особняком престижного района у Тауэрского моста, я было сунул руку в карман, но рыжий донец, ухмыльнувшись, помотал гривой:
— Всё оплачено, хлопчик, не робей! И ты это, шумни, ежели что.
Я своих соберу, мы подтянемся, впишемся, порешаем на месте.
Я автоматически поднял руку, хлопаясь с его передним правым копытом. По-моему, так ведут себя какие-то разбойники с большой дороги. Представить себе, чтобы я хоть когда-нибудь попал в такую ситуацию, которую можно разрешить лишь вызовом этого обуревшего россиянина с такими же станичными жеребцами для урегулирования патовых проблем, казалось попросту невозможным.
