Мой волк

За столом воцаряется молчание на несколько секунд.

– Да что ты могла там рассмотреть? – удивляется мама. – На таком маленьком сроке. Не всегда пол определить правильно могут, а ты говоришь про цвет глаз, – пока она причитает, раскладывает по тарелкам салат. – Ника вот Николяшкой должна была родиться.

– Ой, мам, – тянет сестра. – Не называй меня так. Николяшка. Фу.

– Так я правду говорю. Два раза говорили, что будет мальчик.

– Может меня подменили в роддоме? – с ужасом предполагает Николь. – Нет, ну что вы смеетесь? Я серьезно! – обводит всех нас встревоженным взглядом.

– Вы с мамой одно лицо, – замечает титан.

– И что? – возмущается Ника. – Вон сколько в мире похожих друг на друга людей.

Весь вечер проходит за тем, что мы убеждаем Нику в нашем с ней родстве. Достаем из коробок фотографии и рассматриваем их. Я выбираю и беру несколько фото себе.

– Хочу поставить дома, – поясняю я.

– Дома… – повторяет за мной мама и грустно улыбается. – Слишком быстро вы растете, дети.

Слишком быстро, – она обнимает меня и шепчет на ухо: – Люби своего ребенка каждый день. За каждую проделку и шалость. Не успеешь моргнуть, а твоя дочь приведет мужчину и будет называть домом чужое место. Или твой сын уйдет и станет навещать лишь по выходным и праздникам. Что-то я не готова расставаться с вами.

– У тебя еще остаюсь я, – Ника налетает на нас и стискивает в объятиях. – И ты еще молодая мам!

– Ты на что это намекаешь? – спрашивает мама.

– На братика, – посмеиваюсь я.

– Да вы с ума сошли! – восклицает мама. Ее щеки розовеют. – Глупости говорите!

– Ну какие глупости, – возмущается моя младшая сестра. – Смотри какая ты у нас красивая. Правда, Дмитрий? – обращается к титану за мужским мнением.

– Очень красивая, – подтверждает тот. – Честно, – прикладывает ладонь к своей груди и обаятельно улыбается.

Мама краснее гуще, отмахивается, что-то ворчит себе под нос смущенно.

– Давайте пить чай. Я торт испекла.

Титан позволяет мне задержаться еще час, а после настойчиво намекает всей семье на мою усталость.

– Верховная была права, – произношу я едва слышно. – Ты – тиран.

Он смотрит на меня с недовольством, но склоняется и целует.

– Не дразни. Запру дома, а твои ведьмовские штучки на меня не действует, – отвечает, подталкивая ко входной двери.

– Я найду решение.

– А я не сомневаюсь.

Как только мы с оборотнем оказываемся в автомобиле, он задает неудобный вопрос, который я, впрочем, ожидала.