Мой волк

Я чувствовала жжение, но оно не было болезненным, как при удушающем кашле, нет. Жжение больше напоминало выброс адреналина в кровь – сердце начало бешено биться, и казалось, что мне под силу все-все.

– Ты не справедлива, мышка, – ответил титан.

– Да неужели? А кто мне сейчас рассказывает, как красивого, успешного и богатого мужчину провела очередная женщина, чуть ли не привязав к себе с помощью ребенка, – каждое мое слово сопровождалось порывами ветра. На звездном небе собирались тучи, неестественно быстро затягивая его.

– Ты не готова услышать всю правду. Придет время…

– А что тебя останавливает сейчас? – выкрикнула я, желая быть услышанной.

Ветер поднимал с земли мусор и швырял в лицо.

– Я тебя напугаю, – ответил титан.

– Больше, чем когда ворвался в мой дом? – уточнила я. – Очень сомневаюсь. Отпусти, – потянула руки. – Ты сказал все, что хотел. Я не верю ни единому твоему слову. Но, думаю, в этом мире много дурочек.

“Таких, как я” – добавила я про себя и чудом освободилась от захвата.

В небе сверкнула молния, освещая мужчину опрокинутого на землю и хохочущего, словно обезумившего. Он медленно поднялся на ноги, шагнул мне навстречу, хищно улыбаясь.

– Не нужны мне другие дурочки, – долетело до меня с ветром. – Хочу только тебя, маленькая ведьма.

– Это твои проблемы, – выкрикнула я. – Я не желаю иметь с тобой ничего общего, – развернулась и зашагала к дому.

Не вести же обезумевшего титана к бабе Лиде… Старушка точно ничем не поможет. Разве она справится со взрослым сильным мужчиной?..

Я перешла на бег, но через мгновение ощутила, как меня ловят и пеленают со спины в объятия. Крепко. Обдавая ухо и виском неестественно горячим дыханием.

По спине пробежали мурашки, а тело сотрясла мелкая приятная дрожь. Словно от пика наслаждения меня отделяла доля секунды или пара нежных прикосновений к плоти.

– Моя ведьма, – голос мужчины урчал.

– Ну уж нет! – прорычала я, глядя в неестественно светящиеся глаза.

Титан проигнорировал мой гневный крик, склонился и поцеловал. И не было первого мягкого касания, спрашивающего разрешения. Он смял мои губы царапая кожу щетиной, проник языком и пожирал. А я отвечала на его поцелуй с не меньшей жадностью.