Вот Каэм заходит в дом, садится за стол… Моя сумка валялась тут же; откупорить бутылочку и бросить туда кристаллики было совсем нетрудно, пока я отходила в сторону.
Каэм сказал, что нить между мной и Риком должна порваться. А единственный способ это сделать, на самом деле — убить серого. Через меня, ведь я не сдам родного брата на суд, чтобы его потом отправили в Ирлигард. О, Каэм знал меня, чересчур хорошо знал!
Но как же… как он мог?! Я не выдержала и разрыдалась, и Рик привлёк меня к себе, стал гладить по голове, утешать и целовать.
— Тише, тише, милая Ани, — он достал платок и вытер мне лицо. — Посмотри, какая красивая лунная ночь. Давай прогуляемся перед домом и там же поговорим. А то мы эдак разбудим Илину и Дэрну. Хорошо?
Я обессиленно кивнула.
В ночном полумраке снег казался голубоватым и так уютно скрипел под ногами. Я плотнее натянула на голову меховой капюшон накидки, глядя вверх, на сверкающие, как бриллианты, звёзды, и стараясь успокоиться.
Рик сжал мою руку.
— Ани, ты хотела моей откровенности, правда? Насчёт того, почему я хотел отомстить твоему брату?
— Да, — прочистив горло, ответила я. Рик обнял меня за плечи и стал рассказывать — о том, как на суде Каэм приговорил его семью к наказанию; как он, Рик, отчаянно ждал милости от альгахри Иэрэма и не дождался; как вернулась из заточения мать. Она то плакала, то смеялась от радости, что снова видит сына, и рассказала, что его отец Ильгер умер в клетке, зачах, как чахнут птицы, не драконы.
— С тех пор мать чувствует себя всё хуже и хуже, — по голосу Рика было заметно, какого труда ему стоило сохранять спокойствие. — Её разум туманится день ото дня. Да и здоровье слабое. Мой наставник… он обещал вылечить мать, вернуть ей телесное и душевное здоровье, если я, — Рик глубоко вздохнул, — убью тебя.
Я вырвалась из его рук, ошеломлённая этим признанием.
— Ани, — Рик снова шагнул вплотную ко мне, голос его звучал настойчиво и убеждающе, — Ани, я отказался от мысли причинить тебе вред, как только увидел! Такую красивую и нежную… Узнав тебя, я понял, что ты и Ирр-Каэм совершенно непохожи! В тебе много того, что люди зовут человечностью, — Рик слегка усмехнулся, — но это есть и у нас, драконов! Ани, — он снова взял мои ладони в свои руки, заглянул мне в глаза, — я полюбил тебя.
Ради тебя я пренебрёг местью, всеми обещаниями наставника и его расположением ко мне. И я знаю, ты тоже меня любишь.
