свидание, а не военные сборы. И на свидании девушки позволяют за собой ухаживать.
– Давай попробуем еще раз. Выбирай лошадку, – широким жестом предложил Рейнард.
Я одернула платье, поправила прическу, и ткнула пальчиком в рыжую животинку.
– Вот эта.
Парень улыбнулся и помог мне забраться на сиденье, что в этом остромодном платье было сделать не так-то просто. Оно, конечно, было жуть каким удобным, почти как мои любимые брюки, но требовало некоторого навыка не светить бельем при каждом неловком движении.
– Итак, ты не ответил на вопрос, – обняв опорный столб своей лошадки, вернулась я к интересующей меня теме.
– Который? – безмятежно уточнил Рейнард, сидящий рядом. Лошадка под ним смахивала на пони – ноги парня волочились по полу.
– Почему ты выбрал военку?
– Я поругался с матерью, – просто ответил Рейнард. – Она отчаянно хотела меня женить.
– А ты отчаянно не хотел жениться?
– О, я принципиально не хотел жениться. Мне казалось, что брак сделает из меня бесхребетного тюфяка.
Да, проблема мужчин нашего мира.
Матриархат очень часто напрямую конфликтует с их природной маскулинностью. Баланс найти очень сложно, и не редки истории, когда мужчина подминает под себя жену, оставляя матриархом номинально, либо превращается в подкаблучнка.
– И почему ты передумал? – спросила я, и мне действительно было интересно.
Парень ответил не сразу. Я успела отвлечься на окружающий пейзаж, который и вправду впечатлял. Круговое движение карусели и небольшая возвышенность позволяли увидеть какие-то непонятные конструкции, домики, статуи, тропинки.
Я даже решить, что мой лучший враг просто проигнорировал вопрос, но он неожиданно заговорил.
– Я служил на заставе в горах. И это… отрезвляет. Особенно когда видишь, как жены приезжают к офицерам, остаются с ними жить, несмотря на довольно-таки скромные условия. Однажды, возвращаясь с патрулирования, обернувшегося вооруженной стычкой, я ощутил острую потребность в таких простых и банальных вещах, как человеческое тепло. И я задумался, кого бы я хотел видеть рядом с собой вот здесь, среди безжизненных камней.
Кто из женщин в достаточной степени обладает тем самым легендарных железным стержнем, чтобы действительно делить пополам всю ответственность за жизнь? И очень удивился, когда понял, что кроме тебя, никого такого не знаю.
– От ненависти до любви одна застава, да? – усмехнулась я.
– Что-то типа того, да, – отзеркалил мою усмешку Рейнард. – И ты не можешь отрицать, что никто не знает тебя лучше, чем я.
– Даян знает.
