– Ты изумительно безрассуден, раз считаешь, что можешь хамить наследной принцессе, – ответила холодно.
– Я подавал прошение о расследовании, когда отца убили. Удивительным образом оно затерялось в недрах бюрократической машины. Как и десяток последующих. Сейчас уже произошедшее не имеет значения.
– Если рассчитываешь, что я буду оправдываться, должна тебя разочаровать. И обсуждать политику матриарха с отбойник намерена. Но сейчас у меня есть возможность и желание поучаствовать в твоей судьбе. Толпящиеся за дверями попрошайки дорого бы дали за такую милость.
Я предлагаю тебе здесь и сейчас найти всех виновных и наказать по закону.
– Спасибо, не стоит утруждаться.
Мы смотрели друг другу в глаза, и я чувствовала как накатывающая злость смывает всю сонливость. Дерзкий наглец, глупый и гордый. Я впервые в жизни добровольно предлагаю аристократу улучшить его положение, и он смеет отказываться.
– Тогда выйди вон, – раздраженно бросила.
Вальтер встал, молча поклонился и вышел.
А я неожиданно задумалась, неужели ещё есть такие действительно гордые и благородные мужчины, которым близость власти не туманит рассудок?
Глава 19
Вальтер покинул принцессу в самых раздражённых чувствах. Вот ведь салага, захотелось ей поиграть в благородство и сделать одолжение. Где ж была ее венценосная щедрость, когда он оббивал пороги в надежде на справедливость?!
О том, что принцесса в то время ещё играла в куклы, парень, конечно, забыл.
Но хуже разговора с Демирой были набросившиеся на него с расспросами любопытные соперники.
Кандидатам в мужья выделили этаж, включавший по комнате на каждого и общую гостиную. Женихам приходилось общаться между собой, и вот где точно принцессе пригодился бы разведчик: так много интересного они узнавали друг о друге, что в пору писать анонимки с компроматом.
– О чем она хотела с тобой поговорить? – без предисловия начал допытываться Франклин. Это был образчик золотой избалованной молодежи, которому не помешало бы познакомиться с реальной жизнью за пределами центриума.
– Напомни, почему я должен с тобой делиться подробностями? – холодно спросил Вальтер.
– Эй, друг, ну все же свои, – миролюбиво похлопал по плечу пекарь. Знал бы бедолага, что только чудо спасло его от множественного перелома.
Вальтер раздраженно повёл плечом, сбрасывая чужую ладонь. И зачем он только согласился на этот дурацкий спор? Самая бессмысленная трата времени в его жизни.
