– Улыбается Марк, подаётся вперёд, давит на нос моего сына, как на кнопку, и говорит: - Пип!
Ярослав радостно взвизгивает.
- Пи-и-ипип! – Повторяет Загорский.
Ярик заливается наивным детским восторгом, а я не отвожу от чудовища своих глаз.
- По-о-оп! – Снова жмёт на «кнопку» Марк. И расплывшись в улыбке от реакции мальчика, тоже хохочет. – Пи-пип-по-бо-боооп! – Играет он голосом, нажимая на нос Ярослава несколько раз.
Ребёнок подпрыгивает в моих руках, ярко реагируя на эту игру, а Загорский смотрит на него с обожанием.
У меня мурашки бегут по коже от этого зрелища. Оно… оно какое-то неправильное. И чувства, которые я испытываю, глядя на них, неправильные тоже. Мне так плохо и так хорошо, что на глаза наворачиваются слёзы.
- Ладно, мы пойдём. – Хрипло говорю я. – Ваш кофе остынет.
- Да. – Кивает Марк, возвращая лицу серьёзность.
Одёргивает ворот рубашки и удаляется в столовую.
Мне приходится продышаться, чтобы прийти в себя.
Через час мы уже гуляем по парку.
Марк толкает коляску, я иду рядом. Солнце искрится бронзой на его смуглой коже и ярко вспыхивает белизной на ровных зубах, когда он улыбается. Загорский красив как чёрт, и все встречные девушки задерживают на нём свои взгляды, но смотрит он только на макушку сына. Изредка наклоняется и говорит ему:
- А вот там лошадки, а это клоун. – Показывает вдаль. - Гляди, Яра, а там сладкая вата, тебе её пока нельзя.
«Почти семейная идиллия», - думаю я.
Если бы не двое шагающих рядом с нами охранников, и не моя чёрная ненависть к убийце моего мужа, то нас можно было бы счесть за счастливую семейную пару, мирно прогуливающуюся по парку средь бела дня.
- Ему не жарко? – Интересуется Марк, останавливаясь и поправляя капюшон комбинезончика Ярослава.
- Погода обманчива. – Напоминаю я. – На солнце кажется, что тепло, но стоит дунуть ветру…
- Вам, наверное, тяжело без очков? У вас ведь плохое зрение, да? – Спрашивает Загорский, выпрямляясь.
- Что… Ой. – Меня вдруг резко окатывает тревогой: забыла сегодня утром надеть очки. – Я забыла их дома… - Оправдываюсь я.
Мне кажется, что моё лицо начинает покрываться пятнами.
Очки не только часть моего нового образа, позволяющая изменить внешность, но и часть моего прикрытия. Человеку с плохим зрением явно неуютно было бы прогуливаться без очков, и он бы сразу ощутил дискомфорт от восприятия окружающей картины.
