Мой злодей

Четырнадцатилетний подросток, впервые влюбившийся, так воспламенился, что был готов обещать ей целый мир.

Но девушка так и не сдалась. И Руперт последовал ее примеру. Воспользовался ее тактикой и выполнил задание. Обещал, обещал… и всегда ускользал в самый последний момент.

Руперт разозлился на себя за то, что воскресил в памяти неприятные воспоминания. Пусть Найджел настаивает на применении «любых средств», но он не станет их использовать. Ведь не все тайны можно выведать в постели. Однако если дама хочет быть соблазненной, почему бы не исполнить ее желание?!

И все же Найджелу давно следует понять, что он, Руперт, все делает по-своему.

Стараясь не показывать раздражения, Руперт все же решил высказаться:"

"— Понимаю, во главе угла стоит безопасность страны. Но для обеспечения этой безопасности совершенно не обязательно действовать бесчестными методами. Вполне можно найти такие, чтобы оставалась чиста совесть. Стоит только хорошенько подумать головой, и решение найдется.

— Не знаю, почему ты все еще остаешься моим агентом, — проворчал Найджел. — Ты никогда не делаешь так, как тебе советуют.

— Зато всегда выполняю свою работу, не так ли? — хмыкнул Руперт, направляясь к двери.

Глава 12

Всю ночь Ребекка металась без сна, потому что не могла не думать об Ангеле. Она так ворочалась, что Элизабет, уже поздней ночью, вышла из себя и велела ей лежать спокойно.

Нужно узнать, действительно ли Ангела зовут Рупертом Сент-Джоном. Узнать, что он делал в комнате Найджела. То же, что и она? Или просто навещал друга? И кто этот Найджел, за которым шпионит Сара?

Утром ей очень хотелось выспаться, но, к сожалению, ничего не получилось: Флора приходила рано, да и Элизабет ужасно шумела, скорее всего намеренно, чтобы разбудить соседку. Настроение и поведение леди Марли ничуть не улучшились. Скорее наоборот. Элизабет что-то бормотала, хлопала дверцами гардеробов, оставила на полу гору одежды и даже толкнула Ребекку, протискиваясь мимо нее.

Первое, что сделала Флора, — ногой отшвырнула одежду в сторону, что развеселило Ребекку, однако, как ни странно, не вызвало никакой реакции у Элизабет. Нельзя было забывать главного: вчера Флора ясно дала понять, что она не личная горничная Элизабет и не нужно было так считать лишь потому, что она любезно согласилась уложить волосы соседке своей госпожи.