Теплые морские волны ласкают мои ножки, а по пятам за мной следует толпа высоких, как на подбор великолепных брюнетистых самцов, наперебой выкрикивающих ""выбери меня, выбери меня"".
Я даже взмокла от такого количества тестостерона.
***
С утра я мало похожа на соблазнительную фею. Скорее на взлохмаченное, подпухшее нечто с вороньим гнездом на голове. Нет, так дело не пойдет! Какой голубоглазый принц позарится на такое великолепие? Разве что слепой. Поэтому долго и упорно приводу себя в порядок — делаю укладку, крашу физиономию, превращая лягушку, в прекрасную царевну.
Времени на завтрак не остается, но не беда. Перекушу на ходу, главное красоту навела, для охоты готова.
На работу прибегаю за три минуты до положенного времени, занимаю свое рабочее место — офисный стол у самого окна, и облегченно выдыхаю. Успела!
Включила компьютер, и с деловым видом в монитор уставилась. Типа я вся в работе, не кантовать, а сама косынку открыла и залипла, надеясь в таком состоянии время до обеда скоротать, благо сегодня день «легкий» без отчетов и аврала.
Если уж на чистоту, то работница из меня так себе, на троечку. Впрочем, совесть по этому поводу молчит, и я не парюсь.
В обеденный перерыв коллеги отправились кто куда: в комнату отдыха, со своими баночками с провизией, в кафе, в курилку. В общем, разбрелись, оставив меня в гордом одиночестве.
Еще раз воровато оглянувшись, открыла браузер, чтобы еще раз посмотреть на прекрасное голубоглазие, но была жестоко прервана. В кабинет, бодрой походкой вошел наш курьер — Антон.
Увидев меня, одинокую и беспомощную, схватил стул, подтащил его к моему столу, поставил задом наперед, и сел облокотившись нам спинку.
— Привет! — вальяжно, расслабленно, словно мачо, подкатывающий к телочке на пляжной вечеринке.
Правда мачо из него так себе — долговязый неопрятный дрищ, с темными пятнами подмышками, сильно сдобренными одеколоном «вырви глаз», вечно жующий жвачку. С неизменной кривой ухмылкой, которая, по-видимому, должна была расцениваться, как неотразимая, он в очередной раз решил подкатить ко мне свои яйца.
Черт! И вокруг нет никого, с кем бы разговор завязать, чтоб от него отделаться.
— Привет, — пробубнила, недовольно на него поглядывая.
За что мне такое счастье привалило, а?
— Пойдем вечерком, прошвырнемся по набережной, — все тем же тоном неотразимого самца предлагает он, и смотрит на меня так нагло, оценивающе. Наверное, в кино приемчик подсмотрел, и теперь пытается на мне его отработать.
