Вроде я вчера убедительна была, в своих попытках убедить Фея в том, что не он счастливый папаша. Вроде все прошло нормально… хотя…
Руку даю на отсечение, что не поверил. Разве что на минуту, и то только потому, что очень этого хотел. Все-таки мозги у него цепкие, хваткие. Будь он доверчивой размазней — никогда бы не достиг такого положения в компании и на должности своей не продержался бы и дня.
Я и выбрала его потому, что в придачу к прекрасным голубым глазам шли интеллект, целеустремленность и настойчивость.
И теперь все эти качества явно играют против меня.
Коллеги в перерыв ушли на обед, и только я осталась в гордом одиночестве, совершенно не желая никуда идти. Налила чаю, взяла печенье и удобно устроившись в своем рабочем кресле, задумчиво смотрела в окно, на крупные хлопья снега, сыпавшиеся с неба. Красиво. Умиротворяюще.
И даже звук входящего сообщения не смог нарушить это спокойствие. Лениво протянула руку за телефоном и открыла послание.
""Срочно. Поднимись ко мне в кабинет!""
Оп-па! Номер неизвестен, но по приказному тону сразу понятно, кто осчастливил своим вниманием.
Надо же знает мои контакты. Хотя чего удивляться? Он начальник, он все знает.
Усмехнулась и сохранила его в телефоне, естественно под именем «Злыдень», а потом ответное сообщение набрала, и дальше продолжила чай пить. У меня законный перерыв!
***
Фей"
"""Срочно. Поднимись ко мне в кабинет"" — отправляю послание, чувствуя что терпения больше нет. Надоели мне эти кошки-мышки. Если не мой ребенок, то выдохнуть и забыть, если мой, то обговорить дальнейшие детали, чтобы потом не возникло недоразумений.
Задумчиво ожидаю появления Натальи в своем кабинете, но вместо этого получаю входящее сообщение.
""Срочно не могу""
Твою мать, она издевается что ли? Я похож на человека, который готов сидеть и ждать у моря погоды???
""Почему???"" — негодованию нет продела.
""Ножки устали.""
Все, занавес. Я просто залип, сто раз подряд прочитав это сообщение.
Ножки устали??? Лучше бы у нее генератор дурных идей устал. И наехать то не могу, беременная все-таки, у них вечно там то отекает что-то, то устает внепланово.
Но как же раздражает!
Она поваляется в моем кабинете минут через двадцать. Не раньше. Звонко стучит в дверь, заглядывает внутрь и бодро интересуется:
— Вызывали, Тимофей Андреевич?
Надо же! Мисс официальность! Будто и не она тогда на коленях передо мной стояла, похотливо облизываясь. Актриса, мать ее!
— Присаживайся, — кивнул на стул, стоящий по другую сторону стола.
