Моя большая маленькая тайна

"

"Вижу, что Настя абсолютно спокойна и уверена в своих силах, а у меня нет никаких оснований ей сейчас не верить.

— Ты ложись здесь на диванчик, там даже подушка есть, а я подежурю, — предлагает мне, — тебе надо выспаться.

Я даже не думаю сопротивляться, потому что знаю, что утром меня ждет новый приступ токсикоза. Ложусь и почти сразу проваливаюсь в сон. Каждый раз, засыпая искренне надеюсь, что следующий день будет лучше, чем предыдущий.

***Когда мне в следующий раз позвонил Олег с предложением сняться в рекламе, решаю встретиться с ним лично.

Я приезжаю в студию уже после двух часов дня. Во-первых, токсикоз только отступил, во-вторых, уложила Даню на дневной сон. Выгляжу я ужасно, чего уж тут юлить. Синяки под глазами и бледность, мне кажется, сдают меня с потрохами. Вид сразу болезненный.

Захожу в кабинет к Олегу и жду, когда он закончит телефонный разговор.

— Олег, боюсь, со съемками мне придется распрощаться, — выдаю всю правду сразу, как есть.

Он поднимает на меня недоуменный взгляд и начинает хмуриться.

— Почему? Твой благоверный одумался и запретил тебе сниматься? — удивленно спрашивает.

— Нет, скажешь тоже. Дело не в этом, — тяну резину, не знаю, как сказать.

Олег откидывается на спинку кресла и сцепляет руки перед собой, вроде не сильно поражен или разозлен, отмечаю про себя.

— Ну, знаешь…, тобой очень интересовался Алекс.

— Ну и какова цена этой помощи? — ехидно спрашиваю, — мне надо будет раздвинуть перед ним ноги?

— Фу, Мариш, — морщиться, — зачем так грубо.

— А как, Олег? — выдаю на эмоциях, — я просто называю вещи своими именами.

— Ну, а если и так, то что, — пожимает плечами, — такому шикарному мужику, почему бы и не дать?

Охренеть, расклад нарисовал.

— Может, тогда ты свои услуги ему предложишь, раз уж он такой шикарный, — грублю ему в открытую, потому что он вывел меня из себя.

— Я бы и предложил, но его интересуют только женщины, — спокойно отвечает, даже не обидевшись на меня.

— Я беременна, Олег, — решительно выпаливаю.

Тот в шоке застывает на какое-то время и теряет дар речи.

— Извини, конечно, за вопрос. От кого?

— От Егора, — отвечаю правду.

— Охренеть, — выдыхает протяжно.

Да уж. Мне даже добавить нечего.