Моя бывшая будущая невеста

В этом, кстати, мне помогли деньги Киреева, которые я не хотела брать и думала, как бы вернуть их хозяину. Но я заплатила немного декану, оплатила оставшиеся годы учебы, а остальное отдала на благотворительность. Я состригла волосы и перекрасила их в темный цвет, чтобы даже в зеркале на меня смотрела другая Тея. Чтобы мое отражение не напоминало мне о прошлом…А потом первый срыв. Чертова любимая машина Степана стояла на парковке и изо дня в день напоминала о произошедшем. Хотела ее продать, но я же ненормальная. Я придумала кое-что получше.

И…пошла учиться на права. Старалась, была самой усердной ученицей, и сдала экзамены с первого раза. И в первый же день после получения прав, села за руль, разогналась, но…не смогла. Затормозила перед отбойником в самый последний момент. Тогда же рядом со мной остановился парень, и мы…просто говорили. Ни о чем и обо всем. Илья здорово помог мне тогда, сам того не понимая. Он научил меня любить скорость. Научил ловить кайф от адреналина и чувствовать себя свободной от прошлого, забыть о нем. Пусть и ненадолго.

— Почему вы тогда не вместе? — грубый и злой голос Хакимова вызывает у меня улыбку. Он ревнует. По прошествии семи лет все еще ревнует меня к постороннему мужчине, хотя знает, что не имеет права.

— Потому что после того, как Киреев сломал меня, не получилось подпустить к себе ни одного мужчину. Я просто не могла ни с кем — сразу перед глазами Степан, и то, как он заносит руку…А с тобой могу, Давид. Только с тобой и могу забыться. Почувствовать себя желанной и привлекательной.

К моему удивлению, Давид вскакивает на ноги, запуская пальцы в волосы. Мечется по кухне, как зверь в клетке, не зная, куда себя деть.

— Не только Степан…Я тоже тебя сломал, девочка, — Хакимов наконец смотрит на меня, и его лицо искажает гримаса боли и обреченности. Ненависти к самому себе. — Своими словами, поступками. Даже тогда, в кабинете, я назвал тебя шлюхой…Хотя ты не заслужила этого ни разу! Ты всегда была и будешь моей невинной и чистой девочкой…

— Давид, — шепчу, пошатываясь, но все же поднимаясь на ноги.

Протягиваю руки: — Иди ко мне. Пожалуйста.

Но неожиданно он медленно качает головой и отступает в сторону коридора.

— Куда ты?

— Прости, Тея. Мне нужно побыть одному. Переварить все. Понять и принять. Обдумать, что делать дальше.

— Жить. Переступить и жить.

Снова медленно качает головой.

— Дай мне немного времени, хорошо?

— Давид, послушай…Не уходи…

— Немного времени, — повторяет с нажимом. — Я вернусь к тебе, я обещаю.