Моя бывшая будущая невеста

Он был для меня моим личным раем, моим кислородом, моим крестом, к которому я была пригвождена и распята, моей личной Голгофой.

Но потом он ушел, и я разучилась жить и дышать. И, кажется, так и не научилась до сих пор…

Он — тот, кого я предпочла бы не встречать еще долгих семь лет.

Давид Тагирович Хакимов.

Он проходит в кабинет уверенной походкой хищника, поворачивает голову в мою сторону и останавливается на месте, задерживаясь на мне взглядом, по которому сложно судить, узнал он меня или нет.

Вполне вероятно, что нет — я очень изменилась за эти годы.

Как внешне, так и внутренне. От прежней Теи ничего не осталось. Она была разрушена до основания, уничтожена и стерта в порошок.

А вот Давид совсем не изменился. Только немного раздался в плечах и подкачал фигуру, литые мышцы которой невозможно спрятать под рубашкой и пиджаком. Он все такой же внушительный, от него все также веет опасностью и аурой власти и силы. Даже больше, чем раньше. Но если тогда, семь лет назад, она меня не пугала, а наоборот, возбуждала, то сейчас…я предпочла бы быть где угодно, но только не в одном помещении вместе с Давидом.

И глаза. Если на окружающих он всегда смотрел взглядом хищника, победителя и хозяина жизни, то при виде меня в его взгляде появлялись нежность, тепло и любовь.

Сейчас же меня обдает арктическим холодом и пренебрежением. В них определенно есть интерес, но сексуального характера, не более. Давид раздевает меня без рук, одним лишь взглядом, что вызывает во мне жаркую волну, которая проходится по моему телу и сосредотачивается внизу живота.

Так умеет делать только Давид. Ни один мужчина больше никогда не смог пробудить во мне таких чувств.

Я блокирую все мысли подобного рода. Запереть на замок. Выкинуть. И забыть. Навсегда. Давид Хакимов — мой временный босс, такая вот дурная шутка у судьбы.

— Извини, опоздал. Пробки, — Давид подходит к Тимуру, пожимает руку и опускается в кресло напротив, сразу же развалившись в нем. Небрежно задирает манжет рубашки, глядя на дорогие фирменные часы, и недовольно уточняет.

 — Договаривались же на десять. Юрист опаздывает? Или ты занят? Мог бы предупредить.

— Вообще-то мы тебя ждали, — усмехается Кадыров и указывает ладонью на меня. — Тея Валерьевна пришла даже немного раньше, и мы уже обсудили некоторые моменты.

Давид возвращает свое внимание ко мне. Еще раз проходится по мне цепким изучающим взглядом, в котором ярким пламенем полыхают ненависть и ярость.

Узнал. Вот теперь точно.