Моя чужая

Мужчина закинул мои ноги на свои колени, а затем посмотрел на меня сверху вниз таким взглядом, что мне стало вмиг страшно, но одновременно вместе с этим в груди разлилась приятная истома.

— Как только все наладится, ты сможешь увидеть своих родителей, — пообещал Захар, внезапно запуская руку в мои волосы и поглаживая их, — но пока — никуда, Ярослава. Думай, что хочешь: что пленница, что находишься во власти тирана или еще кого-то, думай. Но не пытайся сбежать.

Я прикрыла глаза, откинувшись на спинку качелей и восстанавливая свое дыхание.

Безумство, творившееся внутри нас, не давало мне покоя: безумство накатывало волнами и спадало, а затем вновь и вновь поднималась где-то из самых глубин. И в этот самый момент, когда чувства брали верх, мне так сильно хотелось почувствовать Захара рядом, хотелось увидеть теплоту его глаз и испытать вновь то блаженство от его жадных поглощающих поцелуев, что земля уходила из-под ног! А затем, в моменты реальности я вновь вспоминала о том, что пришлось пережить этому мужчине, и волны опускались, возвращались, уходили в свои глубины. И тогда воспоминания накрывали нас обоих с головой, заставляли отшатнуться друг от друга, принуждали вернуться в эту дикую реальность.

— Значит, — вдруг в моем голосе откуда-то взялась хрипота, — я здесь на неопределенный срок? И как только состоится суд над…

Я замолчала, поникнув от всей возникшей ситуацией. Было сложно представить все это…

— Как только вынесут приговор, я решу, что делать дальше.

— А если не вынесут? Ты, видимо, плохо знаешь его, раз так уверен в победе, — проговорила я, повернув голову в сторону задумчивого мужчины.

— Пойдем, прогуляемся, — внезапно Захар встал на ноги и протянул мне руку, — идем, не бойся.

Вложив свою ладонь в его крепкую руку, я последовала рядом с мужчиной. Пока мы обошли весь дом, прошло около пятнадцати минут. Все это время он рассказывал какие-либо интересные мелочи, а еще рассказывал, как этот дом планировался, строился и о каждой архитектуре, возведенной рядом, была у Захара своя история.

"

"— Я на дух не переношу квартиры, и потому сразу, как только отошел от комы, я взялся за планирование дома. Очень помогли ребята, я руководил всем процессом из больницы первое время, а они к моей выписке уже нашли место и составили юридические аспекты. Если бы не дом, если бы не строительство, то я бы сошел с ума от одиночества. Я тогда ушел в этот дом с головой, потому что понимал, что жизни там, за городом, больше не будет.