Моя чужая

Я бы все поняла, будь от нее какая-то выгода — от этой никчемной пигалицы! Деловые отношения или важный контракт, но только какая выгода от нее офицеру?! Этот вечер вообще ни на что не влиял! А он пытался ей понравиться, черт возьми… Что происходило сегодня? Я так отвыкла от этих вечеров, благотворительных ужинов, длинных платьев и льстивых масок, что мне хотелось уйти отсюда, как можно скорее… да только Ян не спешил.

Я неспешно перебирала ноги, что затрудняло мое длинное черное платье и туфли на высоких каблуках.

Схватив откуда-то салфетку и не глянув на добродетеля, я прислонила ее к саднящей ладони и просто шла, куда глаза глядели. Потребовалось несколько салфеток, чтобы остановить кровь прямо из середины ладони, порез был глубокий и очень больной.

Я быстро поднималась по кованой лестнице, боясь быть кем-то замеченной или отвлеченной… ужасно хотелось побыть одной.

Вскоре, когда кровь уже остановилась, я прижала третью салфетку и тогда решила зайти в одну из распахнутых комнат на втором этаже.

— У них что, так принято? — пробормотала я про себя, оглядывая помещение изнутри и прикрывая за собой дверь.

Яркий фонарь бил прямо в окно комнаты, и мне даже не потребовалось включать и без того лишний свет. Я проделала несколько шагов и села на кресло, уставившись прямо в ночное далекое небо. Какой-то больной ком стоял в горле, но черта с два я плакала из-за этой проститутки и Демьяна. Ладонь слишком сильно саднила, было невыносимо больно.

При сжатии в кулак и малейшем касании хотелось выть от боли, и я еще хорошо держалась, не рыдая в голос. Я всхлипнула, сняв к черту эти ужасные туфли и откинув голову на спинку кресла.

— Кровь не остановилась? — прозвучало позади меня в полной тишине, и этот мужской голос заставил меня замереть на месте.

Я даже на долю секунды перестала чувствовать эту ужасную нарастающую боль в ладони, что сильно прижимала к груди. Услышав, как двери закрыли изнутри, я обернулась, а сердце пропустило удар.

Через несколько секунд прозвучал щелчок, и свет озарил эту, как оказалось, непросторную комнату.

— З-захар? — прошептала я, не веря своим глазах, — ты что тут делаешь? Как оказался?..

Я не поняла, почему мои губы сами растянулись в улыбке, однако, странность всей сложившейся ситуации заставила меня задуматься и нахмуриться.

Мужчина начал приближаться — он был мрачен и печален, вызывая на моем лице аналогичные эмоции.