Ты не видел Кирилла?
— Он уехал. А что? – садится напротив, — Соскучилась?
Понимаю, что вопрос задан в шутливой форме, но отвечаю прямо.
— Да, — у Стаса отвисает челюсть, — Мы провели вместе ночь и…
— Стоп, что?? – перебивает и я смущаюсь."
"— Не в том смысле, о котором ты подумал. Мы просто спали, но знаешь, — улыбаюсь, вспоминая произошедшее, — Наверное, это было самое лучшее, что случилось со мной за последнее время. Быть не одной, чувствовать, как сильно ты нужна кому—то. Не из—за денег или желая отомстить, а просто потому, что я есть.
— Кхм…, — Стас откашливается, — Неожиданно.
Это точно. Всё время я держала мужа на расстоянии, но сейчас спокойно думаю о нём как о супруге и не боюсь произносить это вслух.
— В общем, если что, ты можешь больше не беспокоиться и…, — заламываю пальцы. Господи, как же сложно даются слова. Их трудно связать в одну единую мысль.
— Это ты так мне на дверь указываешь? – вытягивается лицо друга.
— Нет! – восклицаю, в шоке от заключения, к которому он пришёл. Кажется придётся сдаваться.
— Стас, — тянусь к руке парня, — Прости, но я слышала обрывки твоего разговора и поняла, что у тебя что—то происходит, — решаю не лукавить и не пытаться юлить. Какой смысл, если всё равно не получается.
— Ах вот в чём дело, — наконец—то пониманием кивает, — Теперь ясно. А то я уж подумал, будто ты меня гонишь.
— Что ты такое говоришь?! Стас, ты не представляешь, как я тебе благодарна! За помощь, поддержку, за заботу. Но сейчас у тебя не всё гладко дома и ты не можешь сидеть здесь.
Скажи, что—то с мамой, да? – обеспокоенно спрашиваю, боясь услышать о самом худшем.
— Да, — тяжело вздыхает, — Она ввязалась в драку. И у неё серьёзные проблемы с почками. Нужно лечение или есть вероятность отказа, но мама…, — осекается, — Отказывается что—либо делать.
— Почему?
— Не знаю, — пожимает плечами. Отец не может убедить её. Да и не должен по сути, после всего случившегося. Но я – другое дело.
— Дак езжай! Немедленно собирай вещи и езжай! – вскакиваю. Это ведь ужас! Какой бы ни была эта женщина, она мама моего лучшего друга.
Каждый имеет право на ошибку. Даже на очень страшную.
— Всё—таки выгоняешь, — усмехается Стас. В его голосе нет обиды, лишь усталость и боль.
— Да! Ноги в руки и брысь отсюда, — уже откровенно смеюсь. Мы оба понимаем, что это просто попытки разрядить ситуацию. Конечно, Стас хочет поехать. И должен. Но он чувствует себя обязанным мне.
— Послушай, — подхожу и приобнимаю за плечи, — У меня всё в порядке. Просто отлично.
