Моя чужая женщина

Не дожидаясь ответа, прячу телефон в карман пальто, снова хочется курить, но от сигарет уже мутит, заходя в здание, слышу женский голос и отборный мат, кто-то требует убрать руки и отпустить. Дежавю, не иначе, Арина также костерила молодого сержанта в нашу первую встречу, кажется, что это было целую жизнь назад.

– Мишаня, ну чего там?

– Признался, там уже ломка началась, еще пару часов – и на стену полезет, задолбали эти наркоманы. Я-то решил, маньяк у нас, серия пойдет, как в кино, красота, романтика, новое звание и звезда, отпуск, премия.

Кобзев устало трет глаза, заглядывает в пустую кружку, смотрит на меня. Шутит он так, у людей его профессии чувство юмора давно атрофировалось. Несколько часов назад взяли парнишку, что пустил кишки людям Саида.

– Представляешь, говорит, любовь у них была с той рыжей проституткой. Это от этого великого чувства он ее отправил на тот свет, видимо. Кричал как одержимый, мол, она обещала завязать, что ему нужны были деньги, что все случайно.

– Странный метод он выбрал.

– Так сатанист. Сатанист и наркоман – ебучая смесь. Ребята говорят, когда его брали, чего у него там только нет, в морозилке голова козла была, в банках кровь, надо проверить чья, надеюсь, того козла. Нет, все, увольняться пора, пойду в охранники в стриптиз, красиво, тепло, девочки сексуальные.

Так, минус одна проблема.

– Так, а клиентов ее зачем убил?

– Принес в жертву великому богу, ну, там, пиздец, в голове дерьмо вместо мозгов.

– Что по камерам?

– А вот по камерам интересно.

Смотри, – Миша сдвинул кипу бумаг с клавиатуры ноутбука, пробежался по кнопкам пальцами. – Темный внедорожник с заляпанными номерами, который показался нам подозрительным, выехал с парковки аэропорта. Дальше по трассе камеры есть, но погода, скажем, была отвратительная. Но спустя трое суток такой же автомобиль тянет на буксире «Порше». Мои парни бы и внимания не обратили, но «Порше» и буксир показались подозрительными.

Миша вновь что-то нажал, пошла вторая картинка, как под ярким солнцем «Порше» тянет разбитый внедорожник, и номера отчетливо видны.

– А до этого был пожар, сгорела одна красивая избушка в лесу, там деревня рядом с поэтичным названием «Вешенки», анонимный звонок был, некий мужик был на охоте и увидел пожар.

– Есть жертвы?

Нахмурился, склонился ниже, рассматривая повторяющиеся кадры на мониторе. Красивые номера, три девятки, у Савы такой был – красный, и Вешенки мне знакомы.

– Не знаю, нас не вызывали туда, не наш район уже.