Моя девочка

Это произошло? - спрашивает она осипшим голосом. Я ни хрена не понимаю. Но отчетливо вижу по реакции Марины, что произошло что-то не хорошее. Я впервые вижу такой ужас и страх в ее глазах. Она все молча слушает и слушает, не произнося ни слова. Ее рука с телефоном начинает дрожать, лицо становится бледнее. Твою мать! Да что же произошло! Мне хочется немедленно вырвать у нее телефон и получить ответы на вопросы.

- Где он!? Куда его увезли!? - уже кричит она. А меня от ее крика бросает в холодный пот. В ее голосе столько боли.

И ее страх и ужас передается мне, хотя я еще не знаю, что произошло. Она сбрасывает звонок, несколько секунд растерянно и беспомощно смотрит на меня. Отталкивается от подоконника, пытаясь меня обойти. Ее немного шатает в сторону. Ловлю ее за талию, не позволяя упасть.

- Что случилось?

- Мне срочно нужно ехать, отпусти меня! - вырывается она.

- Марина. Что случилось!? - настаиваю я,  не выпуская ее из рук."

"- Это уже тебя не касается, - заявляет она, срываясь в еще большие слезы.

- Марина. Просто ответь! Пожалуйста.

- Антон. Он попал под машину. Он в больнице и мне срочно нужно туда! - меня словно молнией поражает на повал. Хотя я знаю этого мальчугана не с рождения, он  мне словно родной.

- Что с ним?! - зачем-то кричу уже я.

- Я не знаю. Мама сама еле разговаривает. Она говорит, его забрали врачи и никого к нему не пускают. Да отпусти же ты меня, наконец! Мне к сыну надо, - вырывается Марина. Я и сам не заметил, как сильно сжал ее плечи от шокирующей меня новости.

- Поехали! - командую я, отпуская ее, торопливо направляясь   к выходу.

- Нет. Я поеду сама! -  Упрямится Марина, догоняя  меня в коридоре.

- Марина. Твою мать! Ты понимаешь, что сейчас не время для обид и прочего. Ребенок в больнице. И неизвестно, что с ним. Мы должны немедленно там быть, оставив обиды и упреки дома! - хватаю ее за руку, и насильно тащу за собой.

***

У меня рябило в глазах от слишком яркого, белого цвета коридора травматологии. Битый час в ожидании. В голове пульсировала только одна мысль, точнее не мысль, а молитва.

Хотя кому я вру, молиться я не умею. Это скорее был посыл к Богу. «Боже, пусть с ним будет все хорошо»  В такие моменты ты на самом деле начинаешь понимать в  чем истинная  ценность в жизни. И это не благополучие, деньги или карьера. Ты готов отказаться от всего. Абсолютно от всего, лишь бы с ребенком было все хорошо.

Марина еле уговорила свою маму поехать домой, которая беспрерывно обвиняла во всем произошедшем себя.