Отвернулась и едва слышно промямлила, рубанув мне ножом по сердцу:
— Как скажешь…
Наверное, с минуту сидел и безотрывно смотрел на неё, тщетно пытаясь справиться с тупой болью в груди. Черт, как же сильно я, оказывается, успел к ней привязаться.
— Значит, ты все решила? — сухо осведомился.
— Да, — еще тише ответила Даша.
— Хорошо. Попроси Надежду собрать твои вещи. Завтра утром Павел отвезет тебя в твою деревню.
* * *С этими словами Олег резко поднялся с кровати, чтобы в следующую минуту покинуть спальню.
Даша закрыла лицо руками, пряча под ними градом покатившиеся по щекам слезы. И, когда дверь за мужчиной с громким хлопком закрылась, упала на спину, заходясь в беззвучной истерике.
38
Спустился в гостиную, сел на диван, откинул голову на спинку и прикрыл глаза. На душе было так паршиво, что не хотелось вообще ничего. Ни есть, ни работать, ни даже завтрашнего дня. И отвечать Наде, которая, услышав, что я спустился, подошла и осторожно поинтересовалась, накрывать ли ей ужин, тоже не хотелось.
И я не ответил, забив на призывы совести, которые настойчиво твердили мне, что эта женщина ни в чем не виновата. Просто поднялся, взял ключи от машины, накинул пальто, и вышел из дома.
Колесил по вечернему городу какое-то время, собирая все пробки, но сейчас они ни капли не раздражали. Было все равно, сколько времени я проведу в очередном заторе, ведь я никуда не спешил. Меня никто нигде не ждет. Она не ждет."
"Как быстро все может поменяться в жизни. Еще вчера ведь ждала, радовалась моему появлению, улыбалась так искренне, а сегодня… Хочет уйти.
Но ведь это ненормально. Что две этих мрази стали нашими гребаными купидонами, а когда их не стало, я оказался ей больше не нужен. Ведь нужен был. Я чувствовал это, потому что невозможно так притворяться. Она ведь в любви признавалась, и сдохнуть мне на этом самом месте, если это было не искренне с её стороны. Да и зачем ей было притворяться? Цель какая? Ей ведь вообще ничего от меня не нужно.
Нет в ней ни капли корысти, ни меркантильности.
Тогда почему так легко отказалась от меня? Даже если считает неправильной мою позицию в отношении её насильников, я не понимаю… Не поверила, что я нарочно не сжигал их? Не хочет делить постель с убийцей? Что ж, её право.
Как бы там ни было, раскаиваться в содеянном я не намерен. Не должны эти уродливые отростки человечества спокойно жить и ходить по земле рядом с обычными людьми, да еще и воспитывать детей.
