Родственники помогли, чем смогли, да квартиру нашу пришлось продать. На один курс лечения насобирала кое-как, да только не помог он. Положительная динамика наметилась, но этого было недостаточно для сдвига в сторону выздоровления. Нужно было повторять. А я даже представить не могла, где снова такие деньжищи брать, итак вся в долгах… Девчонки на работе надоумили идти к хозяину. Мне неловко было и страшно, таким суровым человеком он мне тогда казался… Но делать нечего, от отчаянья все же пошла. И он помог нам. Оплатил лечение в зарубежной клинике, самой лучшей в Европе.
Ее там быстро поставили на ноги. Только потом ещё в течение пяти лет нужно реабилитацию проходить, так он и об этом позаботился. Узнал ещё, что я квартиру продала, и сама у родни ючусь. А у них семья — пять человек в двухкомнатной квартире, да ещё и я… Олег Владимирович предложил к нему в дом работать пойти. Женской руки, сказал, там не хватает. Так вот я и оказалась здесь. Своя комната у меня, еда, все за его счёт. Да ещё и зарплату платит.
Я уж пыталась отказаться, ведь он и так столько всего для нас с доченькой сделал, но он настоял. Так я зарплату свою и не трачу совсем, всю на сберегательный счёт перевожу. На новую квартиру коплю.
— Похоже, он и правда хороший человек, — задумчиво произнесла Даша.
— Он замечательный человек, — поправила её Надежда. — До гроба буду за его здоровье молиться, да счастья не устану для него просить. Это ужасная несправедливость, что такой добрый человек несчастлив.
— Он несчастлив? — тихо спросила девушка.
— Так откуда взяться счастью? Работает без конца, как прокаженный… Ни семьи, ни детей. Да еще никак с женщинами ему не везёт. На моей памяти были две… Ни женщины — львицы. В глазах один охотничий азарт, за кусок пожирнее — загрызут. Смотреть противно… — Надежда перевела взгляд на Дашу и многозначительно улыбнулась. — Ему бы хорошую, добрую девушку рядом, чтобы искренней любовью и лаской его отогрела, и душа б моя была спокойна.
Женщину прервал странный звуковой сигнал, и она достала из кармана, расположенного в боковом шве её платья, самую настоящую рацию.
— Надежда Семёновна, вещи привезли, — сквозь легкое потрескивание раздался из динамика мужской голос.
— Спасибо, Паш, сейчас выйду встречать, — ответила ему женщина и перевела взгляд на девушку. — Даша, пойдём. Там для тебя подарки привезли.
— Подарки? — удивлённо переспросила она, вытягивая шею вверх. — Какие подарки?
— Сейчас узнаешь, — загадочно улыбнулась Надежда.
