Моя до конца (СИ)

Пытался ухаживать, но только надоедал своей излишней навязчивостью. Его было через чур много! Я старалась быть корректной настолько, насколько позволяла моя прямолинейность и эмоциональность, которую теперь только сейчас научилась контролировать, но тогда он действительно был невыносим!

Артем вызванивал меня, караулил у дверей аудиторий, а однажды и вовсе приперся домой, выудив адрес у старосты. Он прямо-таки был пиявкой! Пиком этой доставучей сборной солянки стала какая-то ерунда. Я уже и не помню, какую причину Лукашин придумал тогда, но орала я очень громко.

В тот день впервые вызверилась на него, однако, надо сказать, помогло. И больше он меня не донимал.

Я даже не могла представить нас вместе. Вместе мы оказались позже. Много позже. Это случилось в период моей депрессии, которую, как я упрямо тогда верила, никто не замечал. Лукашин сам написал мне, я по совету Таи ответила. Так завязался скучный диалог, но стоит признаться, он развлекал меня, и я все чаще была занята перепиской, а не бессмысленными воспоминаниями или слезами.

В то время воспоминания и слезы ходили вместе, а Артем ни тогда не был их причиной, ни позже не мог ею стать. И еще, что важно, Лукашин совершенно меня не торопил.

Позже я приняла, наверное, сотое по счету приглашение на свидание по настоянию все той же Жаровой. Это, по её словам, должно было меня отвлечь и, по правде говоря, сработало. Большой любви, вспышки, щелчка и фейерверка не случилось. Случилось мягкое покачивающее на волнах плаванье, где очень комфортно и предельно стабильно.

А еще знаешь, что шторм страсти не разыграется, не захлестнет любовь, не утянет пучина чувств.

Вот только это было как раз то, что нужно. Потому что единственная сильная любовь, которую мне посчастливилось познать, оказалась ложью и оставила внушительный ожег в моей душе. Точнее можно было бы сказать, что мою душу продул попутный ветер, но это слишком явное сравнение и я совершенно не хочу о нем думать.

В конце концов под стук клавиш я таки проваливаюсь в сон.

Беспокойный и очень короткий, оставляющий такое грустное, почти щемящее послевкусие.

Впервые за пять лет мне снился он. Попутный Макар Ветров.

Про себя лишь только фыркаю «К чему это?». Но вдруг отчетливо слышу последние услышанные мной его слова «Моя до конца».

Глава 5"

"Какое утро, такое и продолжение. Весь день голова тяжелая. Две таблетки выпила, а в мозгах не развиднелось. В офисе карабардак, в пору кричать «Полундра» и звать на помощь неведомо кого.