Моя дочь – волчица

 — Несмотря ни на что, вы мне очень помогли.

— Всегда пожалуйста, — ответила Вера, вытягивая из пачки очередную сигарету.

— Не стоит столько курить. Что случилось, то случилось, этого уже не изменить, — заметил он. — Примите как данность и следуйте дальше. Кто знает, что принесет завтрашний день? В жизни всегда есть место переменам.

Вера не ответила. Склонив голову, она тихо плакала. Гуров поднялся со скамейки и зашагал прочь. В голове начинала вырисовываться более или менее четкая картина. Действующих лиц было уже достаточно.

Доктор Рымчук, отягощенный амбициями. Макс, водивший дружбу с наркоманами. Санитар, до крайности преданный амбициозному доктору. Удобное здание частной клиники с ее широкими возможностями. Жадный до денег директор, готовый пойти на многое, лишь бы его учреждение процветало. Не хватало одного звена. Гурову была неизвестна цель, ради которой и затеяли некую игру. Отправная точка, вот чего ему не хватало.

Погибший санитар мог везти похищенного наркомана к Рымчуку. Быть может, доктор Рымчук и есть та отправная точка? В телефонном разговоре Крячко упоминал о том, что этот самый доктор в закрытом блоке за главного.

Он принимает решение, кому там работать, а кому нет. Он руководит врачами, имеющими доступ в северное крыло. Он же рассказал Гурову выдуманную историю о проникновении наркомана Никиты Туляка на территорию Центра. И он же был инициатором его освобождения. Рымчуку явно было что скрывать. То, что погибший санитар был предан ему безоговорочно, только подтверждало теорию о ключевой роли Рымчука в похищении наркоманов.

Скорее всего, с Никитой Туляком произошло то же, что и с тем парнем, которого запихали в багажник во дворе ночного клуба. Макс выманил его на задний двор, санитар оглушил ударом в висок. Дальше по схеме. Так как звонок от Туляка поступил из клиники, следовательно, и погибшего наркомана везли туда же. Нужно найти этому подтверждение. И если оно отыщется, действовать жестко и решительно. Лада пропала, Макс чувствует вину за это. Почему? Да потому что он сдал ее, как и тех наркоманов!"

"От внезапной догадки Гурова аж в жар бросило.

Вот почему Макс просил спасти Ладу. Он понял, что ее ждет. Понял, что в своей ревности зашел слишком далеко. В ожидании смерти ему захотелось все исправить, поэтому он торопился заручиться словом Гурова, чтобы получить прощение в совершенном злодеянии. Он знал, что случится с девушкой, не вмешайся полковник. Знал, что выйти оттуда, куда отправляли всех сданных им наркоманов, невозможно.