Моя драгоценность

В том, что настоящий амулет отыщется у Силениуса, граф и его напарница не сомневались, осталось только понять, зачем молодой человек вообще его украл.

Прежде, чем выйти из дома, Норрэна категорично заявила, раз кулон временно не работает, она пойдёт в личине, дабы не привлекать лишнего внимания. Ормар спорить не стал, обронив лишь перед самым выходом, что вечером им предстоит серьёзный разговор. Сердечко леди Алмаз дрогнуло, пропустило пару ударов, и в груди что-то сладко сжалось от предчувствия. Она покосилась на Ори и сказала:

– В таком случае, после дома Гейрихов я слетаю в Школу, тоже проясню несколько моментов.

– Договорились, – легко согласился Ормар.

Через некоторое время они вышли, Нори в привычном виде молодого Охотника. Признаться, без кулона в разы сложнее, потому как внешность была другой, но мысли и чувства остались её, Норрэны, и приходилось то и дело ловить всякие желания за хвост, и даже руки засунуть в карманы. Потому что очень хотелось вложить пальцы в ладонь Ори, подойти поближе к нему, прижаться… Со стороны это смотрелось бы весьма странно, учитывая, что для остальных герцогиня оставалась парнем.

Мелькнула мысль, надо было не выделываться и пойти в нормальном виде, всё равно девушка в штанах для Таниора не такое уж необычное зрелище. Зато в действиях она бы могла не стесняться…

– А если дома кто-то есть? – вполголоса спросила Нори, чтобы отвлечься немного от волнующих мыслей.

– Миранна наверняка отсыпается после вечера, а вот брат её скорее всего уже ушёл, или в Академию, или по другим делам, – уверенно ответил Ормар.

 – В дом проникнем легко, через кухню, главное, пробраться на второй этаж, апартаменты хозяев там. Зайдём, тихо посмотрим и тихо же уйдём, понял?.. – граф чуть запнулся, и Нори поняла, что он чуть не обратился к ней, как к девушке.

Мысль повеселила. Леди Алмаз ухмыльнулась, упёрла руку в бок и смерила его взглядом.

– Понял, понял, твоя милость, – с отчётливыми интонациями Охотника Нори ответила она. – Не переживай, фамильные цацки Гейрихов мне без нужды, оставлю их на месте.

Ормар хмыкнул, покачал головой, и они пошли дальше.

– Поговори ещё, – добродушно проворчал он.

Вскоре перед ними оказался знакомый особняк, сейчас, днём, тихий и казавшийся безлюдным. С Нори слетела вся дурашливость и веселье, он подобрался, когда они приблизились к двери чёрного входа. Тут уже она ухватила Ори за руку сама и негромко произнесла:

– Так, а теперь ни слова, пока не пройдём через кухню, понял? Я всё сделаю сам.