Моя драгоценность

Но ведь необязательно каждый вечер оставаться на острове, можно возвращаться в Таниор…

– Слушай, получается, дело с амулетом графа Ликлейва мы закончили, да? – задумчиво произнесла Норрэна, посмотрев на Ормара.

– Видимо, да, скорее всего, оригинал найдётся у Силениуса, – кивнул де Сано. – Тебя что-то беспокоит? – правильно догадался он, глянув на подругу.

– Ну… – она помолчала, прожевав кусок омлета. – Выходит, сведения о необычных свойствах амулета подкинула настоятельница, – Нори нахмурилась. – И на самом деле парень не виноват.

– По-хорошему, обнаружив такие важные сведения, виконт обязан был сообщить лорду Алмазу, – Ормар пожал плечами. – А не устраивать кражу, да ещё чужими руками. Так что, всё к лучшему, не переживай.

– Постараюсь, – пробормотала Нори и вздохнула.

Губы Ори дрогнули в улыбке, он протянул руку и приподнял голову девушки за подбородок.

– Предлагаю отправиться, погулять в парке, – вдруг произнёс он, и улыбка стала шире, а в глазах мелькнул огонёк. – Только без всяких превращений.

Норрэна растерянно хлопнула ресницами, из головы совершенно вылетело, что она хотела присутствовать на допросе Силениуса. Да и, гулять с Ори гораздо интереснее. И кулон ещё не починен.

– У меня же здесь их нет, – ответила она, не ожидая такого предложения.

– Мы можем сначала заехать к тебе, – невозмутимо сказал Ормар, выгнув тёмную бровь. – Я даже помогу переодеться, – его голос стал вкрадчивым, мурлыкающим, и Нори тут же почувствовала, как потеплели щёки.

Намёк слишком прозрачный, но, пожалуй, ей нравится. Она прикрыла глаза, улыбнулась в ответ, прижавшись к ладони, погладившей её щёку.

– Тогда поехали, – кротко отозвалась Норрэна.

А вот когда она переступла порог своего маленького домика, обнаружила, что под дверь подложили небольшой конверт без обратного адреса. Герцогиня невольно нахмурилась, заподозрив неладное, осторожно подняла послание – как сказала Рада, опасности оно не представляло, просто записка.

– Тайный поклонник? – хмыкнул он. – Или послание от настоятельницы?

В последних словах послышалось ехидство, однако Нори не ответила, молча вскрыв белый квадрат. Оттуда выпал лист плотной бумаги со знакомым вензелем, и лицо леди де Ливера просветлело.

– Юффи! – негромко воскликнула она и оглянулась на графа.