Артиллерия тоже активно вносила в это дело свою лепту и хотя численно немцев было больше, но вот решающее преимущество в бронетехнике было за нами и что могли сделать немецкие пехотинцы против нескольких сотен бронетранспортёров, которые просто выкашивали их своим пулемётным огнём. Немецкие противотанковые пушки почти все выбили еще в первый день боёв, и теперь противник остался практически без средств ПТО. Вечером 6 ноября фон Клюге поняв полную бесперспективность продолжения сопротивления, не смотря на вопли своего фюрера, сдался.
Температура воздуха была минусовой, теплой одежды у его войск было очень мало, так как немцы не рассчитывали воевать в холода в чистом поле, а кроме того постоянный обстрел нашей артиллерией за пару дней сократил поголовье арийцев почти на сто тысяч голов. За это время техника израсходовала практически весь запас топлива, а кроме того к концу стали подходить и боеприпасы.
По своей значимости эта операция вполне была сопоставима с немецким разгромом под Москвой в моём мире. Теперь точно можно было сказать, что наступление немцев на Москву полностью провалилось, после таких потерь требуется значительное время для приведения войск в порядок.
Завтра парад на Красной площади и у меня есть отличный подарок для товарища Сталина и всего Советского народа.
Глава 11
7 ноября 1941 года, Красная площадь, Москва.
Несмотря на сильную облачность и лёгкий снег, моё настроение было хорошим, а сам я, совершенно неожиданно для себя, в данный момент стоял на мавзолее в свите товарища Сталина.
Вчера вечером меня удивили, сильно удивили, причём два раза. Первый раз удивили, когда во второй половине дня фон Клюге решил сдаться. Это очень сильно меня удивило, так как было совершенно не похоже на немцев. Даже в окружении они не спешили сдаваться и воевали на совесть, а тут всего каких-то несколько дней и уже сдаются. Да в том же Сталинграде они стояли до последнего, а тут как в сказке, не успели окружить, как они уже лапки кверху подняли. Ну а второй раз меня удивили, когда после немедленного доклада наверх о сдаче немцев, меня срочно вызвали в Москву.
Летел я туда не один, вместе со мной затребовали наиболее отличившихся бойцов и командиров. Учитывая жуткий цейтнот во времени, я захватил с собой первых попавшихся, но не штабных, а из боевого состава. Пришлось задействовать ещё четыре транспортных самолёта для этого, ну и разумеется пленных немцев из штаба фон Клюге, это ещё с полсотни рыл, и следовательно три дополнительных транспортника.
