Правда были конфликты с госбезопасностью, накрученные мной командиры проверяли чекистов, не делая скидок, и под прицелом автоматов и самозарядных винтовок. Всё это послужило поводом для визита в республиканское управление НКВД к её начальнику, комиссару государственной безопасности 3-го ранга Цанаве.
19 мая 1940 года, республиканское управление НКВД, Минск.
-Добрый день Лаврентий Фомич, вот решил заглянуть к вам для решения небольших недоразумений, которые случаются у наших людей.
-Здравствуйте Дмитрий Григорьевич, хороши недоразумения, ваши бойцы вообще обнаглели сверх всякой меры, моих людей под прицелом автоматов проверяют, даже не смотря на то, что они сотрудники органов госбезопасности.
-Так они действуют по моему приказу, к тому же откуда им знать, настоящие это сотрудники НКВД или фальшивые.
-Как это фальшивые?!
-А вот так, взгляните.
С этими словами я достал из планшета, который взял с собой, с десяток удостоверений сотрудников НКВД и высыпал их на стол перед собой.
Цанава придвинул их к себе и стал их изучать.
-Не знаю таких сотрудников, Дмитрий Григорьевич, откуда у вас эти удостоверения?
-Как раз от моих патрулей, да вы эти удостоверения поподробней рассмотрите, ничего странного в них не замечаете?
-Спецметки нет.
-А ещё? Мои бойцы ваши спецметки не знают, но тем не менее определили, что документы фальшивые.
-Не знаю.
-А вы своё удостоверение достаньте и посередине откройте, а потом с этими сравните.
Цанава достав собственное удостоверение, раскрыл его посередине, также раскрыл и фальшивое и только тогда понял, на что я ему намекал.
-Скрепки! У меня они ржавые, а тут блестят, как новые.
-Именно, вы ещё на дату их выдачи посмотрите.
-Выдано судя по дате полтора года назад."
"-А скрепки, как новые. Теперь понимаете, почему мои бойцы так проверяют ваших сотрудников? Ведь по логике вещей, если засылать к нам агентов, то лучше всего под личиной тех, кого будут проверять в последнюю очередь, иил вовсе не станут этого делать, то есть сотрудников госбезопасности.
-Дмитрий Григорьевич, а раньше вы мне это сказать не могли?
-Извините Лаврентий Фомич, но так у меня доводы для вас весомей, вы ведь могли мне и не поверить без доказательств. Но я вовсе не против совместной работы с вашим ведомством, ведь дело одно будем делать.
