Моя горькая свадьба

— Поверь, на пикниках Марины всегда бесподобные шашлыки! Ими заведует её муж. Хотя, она не отстаёт! Скажу по секрету, шашлыки — её слабость! Она обожает жарить на открытом огне лосося, обдав его лимонным соком, черным перцем и солью. Ммм, вкуснятина! А тигровые креветки на решетке, которые в процессе приготовления сбрызгивают смесью из соевого соуса и оливкового масла. Это безумно вкусно. Ты любишь шашлыки?

— Ну, не сказать, что большая фанатка! — пожимаю плечами.

— Знаешь шутку? «Я веган. — Просто у тебя шашлыка нормального не было!»— хохочет Лея.

— Гарантирую, после сегодняшнего пикника твоё мнение изменится. Попробовать шашлыки у Марины и не влюбиться — это исключено!

Мило улыбаюсь. Вряд ли Лея поймёт, если с признаюсь, что на пикник в своей жизни я выбиралась лишь пару раз, больше всего мне запомнились комары да кусачие мухи.

— Ты отлично держалась! — снисходительно говорит мне Ерёмин, когда мы вдвоём, по проложенной тропинке, идём к дому сегодняшней именинницы — Марины.

— Вау, какая честь! Твоя похвала — как бальзам для моей души.

Огромное спасибо, не представляю, как бы жила без этого! — с сарказмом отвечаю я, закатив глаза к небу. — Смотри, не перехвали, вдруг, испорчусь!

— Хм, отличная идея! — он отваливается и притягивает меня к своей груди. — Хочу, чтобы в моей кровати ты окончательно испортилась!

— В твоей кровати?! Никогда больше! — пытаюсь его оттолкнуть. — Это была ошибка, которая больше не повторится!"

"— Врунишка! Никогда не говори никогда! — шепчет он, завладев моими губами.

— Ты меня заводишь!

Его поцелуй, горячий и нежный, обжигает меня. Я закрываю глаза, задыхаясь от удовольствия. Сердце гулко колотится в груди, я мечтаю лишь о том, чтобы поцелуй никогда не кончался.

«Тили-тили тесто, жених и невеста!» — доносится до моего сознания звонкий, детский голосок!

Ерёмин ослабевает хватку, я моментом отпрянула от него. Вижу, как из — под большого куста сирени выглядывают две любопытные детские мордашки.

Увидев, что их присутствие раскрыто, дети, сорвавшись с места, смеясь, убегают.

— Вот сорванцы! — говорит Ерёмин, когда до нас доносятся детские слова: «Мама, там дядя Тимур с тётей целуются!»

— Теперь все будут знать, чем мы занимались! — бурчу я, чувствую, как краска заливает моё лицо. Рукой поправляю растрёпанные волосы.

— А до этого, типа, не знали! — весело рассмеялся Ерёмин. — Идём!

Взявшись за руки, мы подходим к дому Марины. Я с трудом узнаю место, где мы с ней общались не так давно.