Моя горькая свадьба

Мои переглядывания с «Объектом» и Вадимом заняли какие-то секунды, но для меня время растянулось. Наблюдаю, как «объект» со своими спутниками направляется в конец зала, где располагаются отдельные кабинки для Vip-клиентов.

Так, я и так потеряла драгоценные минуты! Быстрее начну, быстрее закончу «это гиблое дело», как я его мысленно назвала.

— Тимур! Любимый! Какая приятная неожиданность! — вскакиваю со своего места и бегу прямиком в сторону троицы, которая, услышав возглас, останавливается и поворачивается в мою сторону.

— Ты не говорил, что сегодня обедаешь здесь! У тебя деловой ужин с партёрами?

Я тараторю, улыбаюсь во все тридцать два зуба, одновременно подпрыгиваю и обнимаю его за шею, прижимаясь телом к мускулистой фигуре. Главное, отыграть роль, пока он в состоянии растерянности, замешательства. Наш сценарий построен на эффекте неожиданности и внезапности.

— Что происходит? Ты кто такая? — слышу я его недоумённый голос, немного растерянный голос. Он крепко хватает меня за предплечья и резко отодвигает от себя.

— Тим? Это ты мне объясни, что происходит? — плаксивым голосом я продолжаю заготовленную речь. — Ты меня разлюбил? Из-за того, что я стала толстая и неповоротливая! Ты сам просил у меня сына, умолял! Ты мне говорил, что будешь самым счастливым отцом! Ты променял на эту девицу? — театрально вскрикиваю я, указывая пальцем на Юлию.

Боковым зрением замечаю, как журналистка, сидящая рядом с Вадимом, вскакивает из-за стола и начинает нас фотографировать.

Естественно, она узнала «героев» в лицо, иначе Вадим бы её не пригласил в ресторан. Профессионализм берёт своё, такую заварушку и скандальчик, свидетелем которого неожиданно оказалась, она не упустит! Со стороны входа в нашу сторону направляется обеспокоенной метрдотель."

"— Только сегодня утром, целуя мой живот, ты говорил, что мы будем счастливы! — делаю вид, что смахиваю слёзы с лица. — Ты, я, наш сын! И ради этой фифочки ты решил поставить на кон наше счастье? Если ты не признаешь сына, откажешься от него, я через суд установлю отцовство! Я всё сделаю для того, чтобы мой, наш, сын носил твою фамилию! У тебя не получится вычеркнуть нас из собственной жизни.

— Девушка, вы сумасшедшая! Или обознались? Я вас знать не знаю! Впервые вижу! — слышу я его голос, в котором сквозит растерянность. Бросаю взгляд на папеньку, тот переведя ошарашенный взгляд с Тимура на меня, уставился на мой огромный живот.