МОЯ. Я тебя присвою (СИ)

Клянусь, — выдыхает. — Даже видео могу показать позднее, там были камеры.

— Да…. Да, я хочу видео. Хочу все своими глазами увидеть.

— А я хочу в тебя. До финала. И кончать я сегодня тоже буду.… в тебя.

Глава 29

Таша

Я не должна реагировать так, чтобы Зорин видел мою реакцию. Показывая свою уязвимость и доступность. Отдавая ему себя. Но как реагировать иначе, ума не приложу.

От этого мужчины захватывает дух и в плохом, и в хорошем смысле. За эти несколько дней я узнала его совершенно с другой стороны, но ни на сантиметр не приблизилась к разгадке вопроса: есть ли у тирана сердце или он ловко дурит всех, показывая, что оно у него есть?

Тем временем Зорин целует меня и быстро избавляет от моей одежды.

Головокружительный поцелуй сменяется откровенными ласками, его руки повсюду. Мои руки тоже приходят в движение. Я нетерпеливо расстегиваю пуговицы и сдергиваю с широких мужских плеч рубашку остервенелым жестом. Пинаю ткань в сторону.

Зорин смеется, поймав мое лицо в ладони.

— Маленькая ревнивица.

Признайся, что ревнуешь! Увидела помаду на моей рубашке и завелась.

Ему радостно и смешно. Мне колко и неудобно.

— Давай, сделай то, что хочется. Заяви на меня свои права, ну же! — подталкивает.

— И что потом? Никаких следов от помады? Даже случайных?

— Я буду блюсти чистоту своих рубашек для того, чтобы утром ты их надевала на голое тело.

— Вот только эту тряпку я и пальцем не трону.

— У меня целый шкаф, я дам тебе другую, — обещает Зорин.

Много-много раз целует меня и заглядывает в глаза с ожиданием.

— И?

— Что?

— Где слова?

Опускаю взгляд на брюки, медленно расстегиваю ремень, молнию.… Присев возле его ног, дергаю брюки вниз, потом наступает очередь боксеров.

Сердце гулко гремит в грудной клетке. Я разглядываю лишь длинные, узкие ступни Зорина. Понимаю, что где-то на уровне его лица покачивается член, но пока лишь смотрю, как он переступает через одежду и гладит по волосам, по щеке, приподнимая лицо.

Второй рукой поглаживает свое орудие, лениво и размеренно перехватив пальцами под самой головкой.

— Возьмешь в ротик?

— Не сегодня. Может быть, потом?

— Может быть, потом? — передразнивает. — Когда?

Он настойчив и двигает пальцами быстрее. Во рту пересыхает, я и представить не могу, как буду скользить по этому тугому стволу губами и языком. Но думая об этом, ощущаю, как что-то во мне отзывается. Да, определенно отзывается.

— Потом, — отвечаю уклончиво."

"Но пробегаюсь пальчиками по всей длине, он вибрирует в ответ.