Когда же я попыталась зубами порвать воздушную петлю, вовсе раскатисто расхохотался, отчего Регни приоткрыл желтый глаз и недовольно на нас покосился, выпуская дым из ноздрей.
— Неучтивый бормошмыгл, плюгавый соплежук, заднеглювый выродок лысой гу... — договорить ругательство мне не дала крупная ладонь, зажавшая рот.
Несколько секунд я просто хлопала ресницами, затем возмутилась и ударила нахала по голени. Раздалось тихое: «Ой». Терлак МакГиннес нахмурил густые брови, отошел от меня и наклонился, потирая больное место, пока я гордо задирала подбородок.
— Так-то, лэрд, — протянула я недовольно. — Будете знать, как похищать невинных дев прямо с вокзала!
В ответ раздалось невнятное ворчание.
Я отвернулась на несколько секунд, когда очередной порыв ветра взметнул мои локоны. Поежилась от холода, чувствуя, как немеют пальцы без перчаток. Свои отдала одной из пассажирок в вагоне, но успела пожалеть о таком поспешном решении. Душу грело лишь то, что с моим теплым шарфом и кожаными перчатками мисс Долсти доберется до места назначения без простудных заболеваний.
— Ладно, Колючка, нельзя столько злиться, — усмехнулся Терлак. Мне пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть идеальные, скульптурные губы и выступающий подбородок. — Уж два дня как портал прошли, а ты все недовольна.
— Чему радоваться? — ощетинилась я, а для пущего эффекта топнула ногой и немного примяла изумрудно-зеленую траву. — Ехала себе спокойно домой, собиралась принять горячую ванну. Но вместо уютного имения отца — оказалась посреди гор с невоспитанным дикарем!
— Ты не собиралась домой, Мали.
У тебя даже билета в Ландор при себе не было, — хмыкнул Терлак, затем внимательно посмотрел на меня своим серым взглядом. На низком лбу появилось несколько морщинок, резко обозначившись смену настроения с шутливого на серьезное.
Слова ударили под дых, а неприятная истина резанула по ушам, едва эти два предложения сорвались с губ МакГ иннеса.
Это действительно так. В столице Объединенного королевства меня никто не ждал. Точнее сказать, мне попросту запретили там появляться.
Наследник престола, а теперь король Абель Справедливый, моего самоуправства в церкви так и не простил. За отказ стать его супругой, запретил приближаться к столице, появляться в обществе, милостиво разрешив контактировать только с отцом и кузиной.
Жестоко, да. Но таковы правила. Если высокородная девушка позорила род жениха, наказанием становилось забвение. Мне еще повезло, что остальные члены семьи поддержали мое решение.
