Амалия молча переплела наши пальцы. Обещания даны и закреплены словами, поэтому сотрясать лишний воздух никто не стал. Бессмысленные комплименты сменились ласковыми движениями и тихими стонами, между которыми крик боли попросту затерялся.
Я старался действовать нежно и неторопливо, но Амалии было мало. Она с неожиданной жадностью отвечала на поцелуи, поддавалась навстречу со всей страстью. Хотя удовольствие пришло к ней не сразу.
А уже под утро, засыпая на моей груди с нежным мурлыканьем на устах, проговорила:
— Хочу спать здесь.
Очередная глупая шутка сорвалась раньше, чем я остановил ее:
— Кровать удобнее?
— Нет, ты тёплый. Очень. А у меня холодно.
— Так бы и сказала, что жаждешь моих объятий.
Только от следующих слов стало совсем не до веселья.
— Призрак... Та беловолосая женщина приходила вчера. Рядом с ней холод и мрак, все покрывается льдом, — прошептала Амалия сонно. Она находилась в той грани, когда почти не чувствовала мое напряжение. — Сказала, что щит не пускает ее. Говорила какую-то нелепицу о собственной смерти, про обман со стороны близких и умоляла никому не верить.
Знаешь, в прошлый раз мне предсказали смерть. В стенах замка.
Я задохнулся и крепче прижал к себе хрупкое тело, дыша через раз, чтобы не напугать Амалию. Молчал, крепко сцепив зубы, и слушал. Очень внимательно. Ведь всего этого она не рассказала мне в прошлый раз. Не посчитала важным или не доверяла. И очень зря, поскольку пророчества мертвых совсем не то, что можно игнорировать.
— «Когда первый снег скроет земли Арканта, твое сердце остановится».
Несколько минут я напряженно вслушивался в мирное дыхание Амалии, затем аккуратно переместил ее и укрыл теплым одеялом. Оставив легкий поцелуй на приоткрытых губах, поднялся и поспешил ополоснуться. Неожиданно комната качнулась, меня повело в сторону от головокружения. Резкая боль ударила по вискам, а с ней по телу прошел легкий озноб.
Сжав переносицу, я мысленно выругался. Постоянные недосыпы ни к чему хорошему не вели. Из-за них я толком не отдыхал, посвящая свободное время ремонтным и отделочным работам в замке, и сегодняшняя ночь должна была восполнить потерянную энергию.
Общее состояние организма говорило само за себя. Постоянная усталость преследовала последние дни по пятам вместе с разбитостью и тяжестью во всем теле. Пару раз я сорвался на Даффи из-за какой-то мелочи, потому и ушел пораньше. Хотел хорошенько отдохнуть, дабы не бросаться на родных."
"Теперь же совсем не до сна.
