Однако приятнее такое зрелище не становилось.
— Половина тех, кто заседает в совете на редкость мерзкие особи, — не стесняясь в выражениях, проговорил Вестон и пригубил из бокала.
— Ты много о них знаешь? — я приметила в толпе знакомые лица.
На фоне остальных Даниэль и Морриган напоминали двух декоративных птиц, что по случайности залетели в обычный сарай с упырекурами. Пока люди вокруг галдели и распускали сплетни, эта пара пребывала в каком-то своем мире.
— Не особо, — покачал головой Вестон. — Отец не слишком вовлекал нас в политические дела.
Я горько хмыкнула, спрятав выражение лица за раскрытым веером. Значит, Гилберт ограждал собственных детей от участи, из-за которой чуть не оказался в тюрьме. Что же, похвально. Лэрд МакГиннес опасался взрывного характера своих отпрысков, потому терпел мелкое хулиганство, но не допускал попаданий в крупные неприятности.
— Вы еще молоды, — притворно посочувствовала я. — Все впереди.
Вестон неожиданно усмехнулся.
— Он боится, что мы станем мятежниками.
Резко повернувшись к деверю, я уставилась на него, раскрыв рот и едва удержавшись от вскрика. С тихим щелчком веер захлопнулся, и духота в зале внезапно сдавила легкие. Воздуха отчаянно не хватало, а в горле пересохло. Я потянулась к очередному бокалу пунша на подносе услужливого брауни.
— Какие глупости ты говоришь. Руперт не мятежник, — хрипло ответила я, когда спасительная влага оросила разбухший язык. Сделав несколько глотков, подавила внезапный кашель и уняла дрожь в пальцах.
— Конечно, — бросил на меня взгляд Вестон.
— Просто он опасается, что мы повторим судьбу дяди.
— И правда, — второй раз за вечер улыбка вышла вымученная. — Глупость сказала.
Незаметная искра ехидства тенью пронеслась по лицу Вестона. Словно он хотел съязвить, но передумал по какой-то причине. У меня чуть не сдали нервы, пока этот дрыглов соплежук хранил таинственное молчание.
Неужели остальные МакГиннесы раскрыли тайну Гилберта? Или я сходила с ума от бесконечных подозрений?
— Вестон, — протянула я, собравшись с силами.
— Давай не поднимать эту тему, ладно? — вздохнул деверь, и я вздрогнула. — Нас постоянно держат за идиотов. Но не надо думать, что мы не умнее осла в повозке и ничего вокруг не замечаем.
Усталость, исказившая черты, сделала Вестона старше. Ложь, которую все так старательно защищали, разбивала ему сердце. Они ведь не дураки. Где-то услышали, что-то додумали. Дети порой проницательнее взрослых, и подтверждение — нынешний разговор.
