Симпатичное личико исказили притворные муки страданий.
Боги!
— Говори, — я добавил голосу металла.
— Милорд, — поджала губы Эрвина, — все дело в вашей жене."
"От неожиданно я даже пальцы разжал и удивленно хлопнул ресницами.
— Амалии?
— Да, мой лэрд. Дело в том, что леди МакГиннес много времени проводит с тем дроу. Даффи Дарау.
Взгляд из-под ресниц стрельнул по мне, поражая неприятным уколом в сердце.
— И?
— Даже ночью, сэр. Вы понимаете?
Лучше бы я ни о чем не спрашивал.
Глава 85
— Вы должны ему сказать.
Я подняла взгляд на мрачного герцога Фламеля и аккуратно перелистнула страницу гроссбуха. Спокойно, уверенно, будто мы не вели разговор о моем муже последние полчаса.
— О чем? — сухо поинтересовалась я.
Вы знаете.
— И как? — в моем насмешливом тоне ни капли настоящего веселья. Только горечь, которая разъедала душу последние две недели после того, как Терлак очнулся.
Я врала ему каждый день. Смотрела в глаза, повторяла выученные фразы и убегала прежде, чем ему удавалось меня раскусить.
Терлак же не дурак. Он чувствовал, когда что-то не так.
— Просто скажите, — поджал губы Даниэль и скрестил на груди руки. — Не стоит повторять моих ошибок.
— Ваша светлость, — терпеливо отозвалась я, — при всем уважении. Наши случаи совершенно разные.
— Вы так в этом уверены, леди МакГиннес?
Я вновь ушла от ответа, уткнувшись носом в бумаги. Дела не терпели, когда ими пренебрегали. За время моих бесконечных разъездов скопилась куча бумаг, их следовало разобрать и часть подписать. Мистер Лейтон очень скрупулёзно просматривал каждый счет, терроризируя меня по несколько часов и придираясь к очередной цифре.
С тех пор как они с Магдой вернулись, жить стало одновременно и легче, и сложнее.
Такой парадокс.
Гномка с казначеем объединились, охраняя финансовое благополучие клана.
Я сжала переносицу, затем посмотрела на мрачного Даниэля. В последнее время герцог совсем осунулся, нервничал и почти не следил за собой. Нет, его костюмы по-прежнему вызывали недоумение, но уже не выглядели так опрятно.
Светлые волосы герцога пребывали в вечном беспорядке. Пряди падали на лоб и приходилось их поправлять. Иногда его светлость замирал на несколько секунд, уставившись куда-то в стену, чтобы потом переспросить собеседника о теме разговора.
Причина такого поведения была ясна — Морриган Делейни. Из воркующих голубков инкуб и фея превратились в обиженных подростков. Каждый варился в котле из обид, и отказывался от примирения.
Нет, герцог пытался, я знаю.
