Предвкушение так и витало в воздухе, текло по венам, а внутренний механизм отсчитывал минуты до того, как я снова увижу Злату.
Расклад был предельно ясен. В глазах Воропаева я отчетливо увидел, что он обязательно прочитает сестре лекцию о том, какой я плохой дядя.
И очень рассчитывал, что он не поскупится на эпитеты.
Чем страшнее, тем лучше. Ведь именно страх за непутевого братца и толкнет эту недотрогу ко мне.
Кому-то покажется это слишком циничным или подлым. Но плевать. Я уверен, Злата и сама оценит то, как мы проведем время.
Ее отклик такой вкусный, а сама она потрясающе чувственна.
Ее невинность, которая поначалу я расценил как препятствие, теперь, напротив, добавляла перчинки. Ведь она была словно чистый лист. Рисуй, что хочешь, лепи под себя.
Такого опыта у меня не было никогда. И я намерен взять все по полной. Выпить до дна все эмоции, что она подарит мне.
Чтобы после спокойно вернуться к привычной жизни и пойти дальше. И иногда, под бокал хорошего виски, я буду вспоминать эту невинную девочку и то, как ей удалось ненадолго меня увлечь.
Я был уверен, что ей сегодня меня не удивить. Однако как сильно ошибался, понял, едва открыл дверь.
Белый цвет ей потрясающе шел. Цвет чистоты, цвет невинности. Злата была словно невеста, которая вот-вот станет женой. Странная ассоциация так прочно засела в голове, что я едва сдерживался, чтобы не озвучить ее.
И когда она задала вопрос о брате, даже мысленно поблагодарил, что девушка вернула меня к рациональным мыслям.
По большому счету, между нами бартер. Я и правда помогу и ей, и Алексею. Тем более, что с Басмановым у меня есть определенные счеты, и он давно мозолит глаза нужным людям.
Так что все складывается как нельзя лучше.
Я все еще чувствую неуверенность Златы, ее сомнения. И хотя эта ее борьба меня заводит, хочется уже, наконец, попробовать то, что так долго ждал.
Стоит снять ее платье, как я убеждаюсь — эта малышка на порядок охереннее любой из тех, кто был до нее.
Хрупкая, точеная фигура. Полупрозрачное белье, которое должно украшать молодое тело, сейчас блекнет по сравнению с ее естественной красотой.
Злату хочется нежить, ласкать. Брать медленно, до упора, растягивать и смаковать удовольствие от каждого движения.
Она боится. Я это чувствую. Воздух вокруг пропитан этим, и я действую нарочито мягко. Не спугнуть, не сломать. Сегодня я, наконец, получу свое по праву. И черти внутри довольно скалятся.
