Моя любой ценой (СИ)

— Если бы ты не свалил… Все бы вышло более удобно.

И смотрит так, будто ждет признания. Наивный.

— Кто, Фель? Кто постарался? А главное — как?

— А тебе-то, что за печаль мои проблемы?

— Мы тут, знаешь ли, все в одной лодке, — флегматично выдает Заславский. — Или считаешь по-другому?

Я по-прежнему молчу. Не время пока еще посвящать в свои дела никого.

— И жена моя тебя больше не вставляет, — вдруг добавляет этот волчара.

Я охереваю и смотрел на него, как на идиота.

— А ты мазохист такое обсуждать? Нравится, когда про твою бабу языками чешут или глаза ломают?

И тут он начинает ржать.

— Да ладно! Вот не думал, что такое возможно. И откуда взялась эта краля, которая забила светлый образ Олюшки? — Да еб вашу мать! Как?! — И где эта нимфа?

— А не прихуел ли ты часом? — заводясь на пустом месте.

— Тише, все, молчу, — тут же прекращает паясничать Заславский. — Извини, но не поверил сначала, но надо же как… Поздравляю, что ли.

— С чем?

— С счастьем в личной жизни, — довольно скалится тот.

— Ты мне еще советы, блядь, раздавать будешь?!

— Ты же советовал, — возвращает ответку. — Или забыл уже, как ржал надо мной, когда я пришел к тебе после покушения?

Вздыхаю.

— Ладно. Что с Тагаевым? Ты в курсе, не надумал он вернуться?

— А Камиль в лесу. Живет в своей хижине с девчонкой какой-то.

Богдан многозначительно замолкает.

— Может, подскажешь, откуда у него такая девчуля нарисовалась?

— Я? — вроде как удивляюсь.

А сам делаю пометку — проверить ту ли привезли. Если я просчитал все верно, то Камиль очень скоро вернется.

— Ну да, — усмехается Заславский. — И ты, конечно, не просто так при упоминании о ней встрепенулся.

Нет, все же старею походу. Надо что-то с этим делать.

— Не знаю, о чем ты. Но за новости спасибо. Я так понимаю, теперь, когда Басманов отошел в сторону, Лихачев всем верховодит?

— Именно.

— Спрятали-то надежно?

— Обижаешь. Но это не решит проблемы.

— Не решит, — соглашаюсь. — Но у каждого из нас сейчас свой фронт работа. Держи в курсе.

Разговор с Богданом оставляет хреновое послевкусие. Он походу реально думает, что Басманов подох. А я вот нутром чую — нет. Сученыш ловко сыграл и отошел в сторону. Надо только понять, кто этот третий, что имеет личный счет к Тагаеву.

И лучше не откладывать это на потом.