Я даже слепки его детских ручек и ножек рассматривала как что-то великое. Я – его главный фанат, а он – мой. Я знаю.
– Спокойной ночи, – проговариваю отчётливо.
– Спокойной ночи.
Прохожу в небольшую спальню и незамедлительно откидываю покрывало с кровати. Чувствую себя не вполне уютно, но укладываюсь на спину и утепляюсь с помощью одеяла.
Надо как-то отвлекаться. Резко поворачиваю голову и упираюсь носом в мягкую подушку.
Вдохнув аромат знакомой туалетной воды, во-первых, понимаю, что он здесь спал. Может быть, вчера или до этого…
Во-вторых, до меня доходит, что я окончательно и бесповоротно пропала.
Я люблю его… и одной мне с этой любовью, увы, не справиться.
В этом доме столько же этажей, сколько мне лет – девятнадцать. И ровно столько лет я люблю одного-единственного человека на земле. Ничего не могу с собой поделать.
И никто не сможет.
Снова тычусь носом в подушку. Дышу его запахом, как ненормальная… Пока с губ не слетает протяжный стон.
Грудь становится тяжелее и будто бы больше, между ног чувствуется начинающийся зуд, который непременно хочется потрогать и потереть.
Тяну руку к трусам, но тут же отдёргиваю…
Чёрт…
Прикрываю глаза. Наркотики, мастурбация… Что дальше, Карамелина?..
Небинарной личностью себя объявишь?..
Резко поднимаюсь и опрокидываю ноги на пол. Прикладываю ладони к горящим щекам, пульс частит. Периодически сверлю взглядом плотно прикрытую дверь.
Злость поднимается во мне волнами…
Снова мне самой к нему идти?.. Своим выпадом с телефоном и предложенным звонком Демидову, Мирон ведь мне многое сказал.
Главное – он принимает любой мой выбор. И всегда готов помочь, даже если я выбираю не его.
Горько усмехаюсь. Разве я могу выбрать кого-то другого?..
Я люблю только его. Я восхищаюсь только им. Я хочу, черт возьми, только его…
Сейчас осознаю, насколько глупой была идея прийти к нему в спальню абсолютно голой. Потому,. как жарко мы целовались в его машине или там, в деревне, теперь понимаю, что секс – это необязательно обнажённость. Количество одежды вообще роли не играет.
Почувствовав смятение, встаю с кровати. И начинаю ходить из угла в угол. В обычные дни это всегда помогало справиться со стрессом.
В голове кавардак. А в сердце боль…
Адская, едкая, жгучая… Смертельная…
Нет...
Я так не могу. Не смогу...
Подлетаю к двери и резко её отворяю, на пороге сталкиваясь с твёрдым телом. Мир вокруг миллионами факелов загорается.
Всхлипываю, когда Мирон меня обнимает, и начинаю шептать, как безумная:
– Я люблю тебя.
