Моя милая ужасная невеста

Полагаю, у меня на лице так живо нарисовался «восторг» от предстоящего свидания на природе, что прислужник немедленно подбодрил:

– На улице чудесная погода.

– Уверена, Закари еще спит, поэтому еда на улице отменяется.

– Господин Торстен давно не спит, – оповестил лакей, – и около часа занимается с вашим младшим братом в тренировочном зале. Очень энергичный молодой человек.

Святые демоны! Выходит, Закари не соврал, когда назвал себя жаворонком? Не зря он мне не понравился с первой минуты знакомства! Люди, ни свет ни заря фонтанирующие энергией, всегда вызывают подозрение.

– Тогда пусть нам соберут завтрак, – сдалась я.

– Какой именно?

– Легкий.

– Хотелось бы определенности, – потребовал въедливый слуга и принялся перечислять: – Чай, кофе, сок, простой кипяток. Сыр? Ветчина? Яблоки, груши? Орехи? Что-нибудь еще?

Еще у меня сейчас мозг взорвется от напряженной работы мысли! Я-то обычно предпочитала по утрам черный кофе вприкуску с дурным настроением. До полудня больше ничего не лезло. Чем на завтрак набивал утробу Закари Торстен, знал только Закари Торстен.

– Что-нибудь поесть, а не погрызть… Хотя постой! – Я потерла переносицу, стараясь погасить раздражение. – Сначала узнаю у Закари. Возможно, мы уже отменили пикник.

– Буду ждать распоряжений, – согласился Фергюсон. – Ваша матушка с госпожой Торстен завтракают в оранжерее. На тот случай, если вы захотите пожелать им доброго утра.

Больше всего я хотела бы проспать до середины дня, но оделась в узкие легинсы с теплым свитером и отправилась желать наидобрейшего утра своему фальшивому парню.

Замок давно проснулся. Сновали люди. Видимо, у меня на лице было написано, что хозяйская дочь пребывает в том забористом настроении, когда светлая магия требует приносить тяжелую благодать, и даже темные прислужники аккуратно сворачивали с пути.

Зал для магических тренировок ничем не отличался от атлетического, но в центре красовался круг для призыва силы, который обычно использовали некроманты и темные заклинатели.

Прямехонько в центре этого круга Закари, одетый не для тренировки, в широкие модные брюки и свитер с высоким воротом, что-то терпеливо объяснял моему брату. Небрежно собранные в хвост черные волосы открывали лоб. Торстен выглядел неожиданно миловидным и очень бодрым, словно всю ночь проспал в кровати, а не на полу моей гардеробной.