Пока я спускаюсь вниз с высотки, кровь стучит в ушах, долбит по вискам. Мне тошно. Гул. С каждым шагом ботинки становятся тяжелее.
— Паук33, тебе просили передать, — в рации насмешливый голос Пехова, — что ждут с нетерпением в штабе. И мой тебе дружеский совет, захвати вазелин.
Мы с ним, конечно, не друзья. Более того, он единственный, с кем спустя два года службы я все еще конфликтую. Раздражает до зубного скрежета.
— Принято. Вазелин как раз остался после встречи с твоей женушкой, — мрачно, — много не понадобилось.
— Надеюсь, тебя отымеют как следует, — ответка не заставляет себя ждать.
— Главное, знаю, кто потом приласкает, — вторю.
— Заткнулись оба, — вклинивается Демин, беззастенчиво превышая полномочия, но срабатывает, и Пехов закрывает рот. — Ситуация — жопа, но постараемся прикрыть. Паук33, сначала двигайся к сектору один, работы еще море, твой день не закончился.
— Принято.
В ушах гудит еще долго, мы механически выполняем работу, бродим по участку, пока опера оформляют найденное.
Несуществующий туман сгущается перед глазами, когда Демин подходит ближе и кивком зовет следовать за ним. Пора. Никто не заставляет и не подгоняет, но не могу не идти. А по ощущениям, словно на эшафот. Это моя работа, и совсем скоро мне огласят ее результат, последствия, если быть точным.
— Что бы там ни было, ты принял единственно верное решение, — говорит он мне.
— Да мне пофиг.
— Ага, заметил.
Если бы можно было с ней поменяться, я бы поменялся незамедлительно. Демин это знает, Тодоров тоже знает.
Он прибыл лично, вон ждет у машины.
— Послушай меня, Марченко, — обращается с ходу, — женщина живая, выдыхай. Сейчас в реанимации, молись, чтобы протянула до следующего утра. Если получится у нее — выкарабкается. Подаришь букет цветов, мешок фруктов, и закроем вопрос.
— Я атеист.
— Я тоже, но в этот раз помолюсь. И тебе настоятельно советую. Домой не собирайся.
— Так точно: молиться и не мечтать о доме.
Глава 11
Лёха
Домой я все же попадаю, правда, лишь поздним вечером и оставив за спиной все муки ада.
Дважды чуть не сорвался на комиссии, умеют они подбирать вопросы. Все нутро вытащили и по сантиметрам просмотрели. В квартире, едва переступив порог, замираю, чувствуя шикарнейшие ароматы какой-то потрясающей еды. Сложно выбрать более неудачное время для праздничного ужина. Желудок болезненно отзывается, но горечь во рту настолько сильная, что сомнений нет — до утра я не способен проглотить ни кусочка.
