Но я не в обиде. Это помогло мне стать мужчиной. А ему до сих пор ничего не помогает. К сожалению.
— Ирина Тимуровна… — выговаривает задумчиво Ляся. — Мой отец говорил: строгость важнее любви. Строгость — задел для достоинства и ответственности. Любовь как птичка… порхает, а толку нет. Мама дала тебе больше, чем Ренату.
— Не знаю… Мне иногда не хватало… мм… безусловного принятия, что ли.
— Как это?
— Ты любим, что бы ты ни сделал.
Ляся со вздохом опускает взгляд.
— Такой любви у нас не бывает."
"— Теперь будет, — сжимаю её.
— Это вообще единственная форма любви. Остальное — это что-то другое.
— Мне кажется, мама любила нас так. Но скрытно. Чтобы не оскорбить отца. Я буду всех твоих детей любить так.
— Катя сказала про Аллу?
— Да.
— Прости, детка… Так вышло.
— За что?.. Дети — хорошо. Если она беременна…
Молчим… Я улетаю мыслями в тот день, когда забирал Лясю.
— Твоя мама очень переживала, — вспоминаю я трясущиеся руки Марики, — когда тебя отдавали мне. Ты ей никогда не звонишь… Она тебе не звонит…
— Отец запретил.
— Ясно. Что будет, если ты позвонишь?
— Мама не ответит, наверное.
— А если ответит? Отец рассердится?
— Если до сих пор сердится — мама не ответит. Она предана слову отца. Она очень достойная женщина.
— Позвони тогда. Если тебе, конечно, хочется. А вдруг…
— А твой отец?
— Я его не помню. Алексей Гаранин. Он тоже мёртв. Помню только отца Рената. Но мама недолго с ним прожила.
— У вас разные отцы?!
— Да.
— Ренату нужно ехать к своему отцу. В свой род.
— Зачем?
— Иначе он опустится. У нас так говорят. Станет недостойным. Если мальчика не воспитывают мужчины из рода отца — это очень плохо. Ты говоришь — до сих пор не мужчина. Значит, надо его отправить к отцу.
— Отличная мысль! Но мама просила, чтобы он был при мне.
— Женщины не могут решать. Вот мама что решила? Плохо решила! Женщины недальновидны. Мужчины мудры. Их ум не затуманен чувствами. Что из её решения вышло? А теперь смотрит на своего сына и страдает. Что он не мужчина.
Пьёт! Гуляет! Её позорит. Мама страдает, что неправильно распорядилась его судьбой.
— Думаешь?
— Конечно.
— Я подумаю об этом. Ну что ж… Знакомство состоялось. Пойдём?
— Спасибо… — тихо шепчет Ляся, глядя на мамино фото.
Выходим.
— Почему ты сказала спасибо?
— Потому что моего мужа она воспитала хорошо. Как мужчину. Ответственный, великодушный, добрый, сильный, благочестивый…
— Ой… ой… — смеюсь я. — Это всё приятно слышать, но боюсь, я не столь прекрасен.
