— Ваша светлость, вы когда-нибудь любили?
— Гм, я думал, что да, но, как позже выяснилось, ошибался."
"— Я любила, — с пафосом произнесла она, страстно желая поскорее закончить этот неловкий разговор. — Когда-то я любила. Мое чувство было очень сильным, и когда я тянулась к вам в тумане боли и опия, я на самом деле тянулась к нему. Поймите, это не преувеличение, это правда. Ведь главное — честность?
— Благодарю вас. Если бы мне дано было выбирать, я предпочел бы вас с вашей честностью тем женщинам, которые готовы на все ради финансовой выгоды и положения в свете, как английские придворные Дамы.
Их интересуют только богатство и титул. Они клянутся в вечной любви, а сами в это время заводят любовников.
— Согласна. Если между мужчиной и женщиной нет доверия и честности, то, значит, вообще ничего нет. — Иден поразилась горечи его слов и заподозрила, что он говорит о собственном печальном опыте. — Без правды нет доверия. А без доверия нет ничего.
— В общем, если я вас правильно понял, мне не следует обольщаться: ваша страсть относилась к другому.
— Высказывание Иден о доверии заставило сжаться сердце, и он поспешил вернуть разговор в первоначальное русло.
— Да, я именно это имею в виду. — Лицо Иден сделалось пунцовым.
— По-вашему, я должен не обращать внимания на вес, что вы в тот момент говорили, и забыть о тех полных нежности минутах, которые мы провели вместе. — Себастьян не мог отказать себе в удовольствии подразнить ее.
— Это было несправедливо по отношению к вам.
— Иден покраснела еще больше. — Но я была не в себе, когда мы… — Она смущенно замолчала, откашлялась и продолжила: — И еще, в моих снах на самом деле были не вы. Понимаете, что я хочу сказать? Вы должны все забыть. Согласны?
— Нет.
— Нет? — Иден вскинула голову.
— С вами я пережил редкостные, волшебные мгновения.
— Но я же только что вам все объяснила! — взорвалась Иден.
— Нет, вы объяснили только свои чувства, — уточнил Себастьян, издевательски улыбаясь под скрывавшей его лицо маской.
— Я же еще никогда не имел такой нежной и пылкой любовницы.
Разговор принимал совсем непредвиденный оборот, и Иден хотелось провалиться сквозь землю.
— Прошу вас, миледи. — Себастьян наклонился, и рука в перчатке ласковым движением погладила руку Иден. — Как только вы захотите увидеть во мне кого-то другого, не стесняйтесь!
— Мы же совершенно незнакомы! — возмутилась она, отпрянув.
— Это уже не так, дорогая. — Усмехнувшись, Себастьян выпрямился.
