В чашке наверняка очередная доза снотворного, так почему бы ей не достаться Себастьяну? — Что, весь день идет дождь? — Иден посмотрела на стекавшие по стеклам дождевые капли.
— Дождь начался еще утром. — Отставив поднос, Себастьян освободил ее руки. — Сожалею, что пришлось связать вас, но мне необходимо было принять неожиданного посетителя.
— Правда? — невинно спросила Иден. — Должно быть, я все проспала.
— Это из-за слабости, — поставил диагноз Себастьян. Иден же подозревала, что обязана этим добавленному в питье успокоительному, однако, когда Себастьян предложил ей чашку чаю, она благодарно улыбнулась.
— Вас не затруднит дать мне еще одно одеяло? — попросила она. — Здесь прохладно.
Пока Себастьян брал одеяло из сундука, стоящего в дальнем углу комнаты. Иден поменяла местами чашки, а когда он вернулся, отхлебнула горячего напитка.
— Так лучше, миледи?
— Безусловно. Благодарю вас.
Себастьян тоже сделал глоток, и она протянула ему кусочек хлеба, лежавший на подносе, надеясь, что хлеб отобьет неприятный вкус лекарства.
— Вы в бодром настроении, — заметил он.
— Да, я чувствую себя лучше. В последние дни я много думала над некоторыми вещами, — продолжила разговор Иден, пока Себастьян пил чай, закусывая хлебом. — Хотя в этой войне мы противники и вы воспользовались мной для достижения ваших целей, должна признать, что вы относитесь ко мне вежливо и внимательно.
— С самого начала я предупредил, что не собираюсь причинять вам вред.
— Я благодарна вам, несмотря на эту безобразную ситуацию.
— Обещаю, вы проведете здесь не слишком много времени. — Себастьян предложил Иден ломтик сыра.
«Не больше, чем потребуется, чтобы перехитрить хитрого и умного британского шпиона», — про себя уточнила Иден, а вслух заявила:
— Я размышляла над предложением, которое вы сделали сегодня утром.
— Над моим предложением? — осторожно переспросил Себастьян.
— Я обдумала вашу теорию… — Она отвернулась, скрывая лицо, выражение которого могло бы ее выдать.
— Ну и? — Себастьян подвинулся на край стула.
— Вероятно, вы правы: я действительно переоценила человека, который ворвался в мою жизнь и без сожалений покинул се.
— Это правда? То есть он и вправду ни о чем не жалел?
— Видимо, да. — Иден старалась играть роль женщины, тоскующей по утраченной любви. — Честно говоря, я не чувствовала взаимности.
— Понятно. — Откусив кусок сыра, Себастьян запил его чаем."
"— Думаю, я просто получила отставку. Моя безрассудная доверчивость тяжким грузом лежит у меня на сердце.
