— Нельзя, — решительно заявила Элизабет. — Каждый день ты обещаешь Себастьяну выйти за него замуж завтра. Сегодня самое последнее «завтра», Иден. Тем более ты уже скомпрометирована…
— Черт побери. Бет, и это после всего, что я для тебя сделала за эти годы! — возмутилась Иден.
— Пришла пора и мне сделать для тебя что-то, — отозвалась Бет тем жизнерадостным тоном, который явно позаимствовала у сестры. — Я буду замужней подружкой невесты, а Талли может стать шафером жениха.
Себастьян слабел на глазах, последние события отняли у него слишком много сил.
К сожалению, целительное действие поцелуя оказалось недолговечным.
— Начинайте церемонию, быстро! — потребовал он.
— Вы слышали, что сказал его светлость? — Талли подтолкнул в бок ошеломленного священника.
— Но так не принято…
— Ухаживание тоже было неправильное, пусть такова будет и свадьба, — настаивал Талли.
— Мы собрались здесь для того… — Сделав глубокий вдох, пастор неохотно начал церемонию.
— Переходите к главному, — слабым голосом перебил его Себастьян.
— Я долго не выдержу.
— Вы согласны взять в жены эту женщину? — поспешно спросил отец Милборн, с тревогой глядя в побелевшее лицо жениха.
— Да. — Себастьян опустился на подушки и закрыл глаза.
— Иден, вы согласны взять в мужья?.."
"— Если я возьму его в мужья, что я дальше буду с ним делать? — проворчала Иден. — Это ужасная ошибка! Все равно ничего хорошего из этого не выйдет… Ой! — Она взглянула на предательницу сестру, которая каблуком наступила ей на ногу.
— Соглашайся же! — нетерпеливо потребовала Бет.
— Будучи в здравом уме, я не могу… Ой! — Иден обвела взглядом всех присутствующих — поддержки ждать было неоткуда. Очевидно, она оставалась здесь единственным человеком, умудрившимся сохранить хоть каплю разума.
— Иден, скажи «да», — прошептал Себастьян, не открывая глаз. — Тогда, возможно, ты избавишься от меня завтра…
Иден совершила непростительную ошибку, обратив взор на это заострившееся лицо в ореоле спутанных иссиня-черных волос. Он был таким слабым, беспомощным и беззащитным, что у Иден защемило сердце, и она вымолвила слово, подсказанное ей душой, а не разумом, зная, что позже пожалеет об этом.
Но сейчас, когда ее своевольное тело все еще трепетало от неожиданной близости, она не могла сказать ничего другого.
— Да, — шепнула Иден и увидела, как легкая улыбка тронула бескровные губы Себастьяна.
— Тогда объявляю вас мужем и женой, — произнес отец Милборн, кивнув в знак окончания церемонии.
