Надеюсь, вы понимаете, как я раскаиваюсь в своем поведении.
— Неужели нельзя было по-хорошему?
Себастьян покачал головой. Почти две недели он не осмеливался дотронуться до Иден, а сейчас не смог удержаться и не коснуться нежного подбородка. К его удивлению, она не шарахнулась в сторону, а только взглянула на него ясными голубыми глазами, и он сразу ощутил, что тонет в их бездонной глубине. Себастьян обнаружил, что вежливое уважение со стороны Иден только разжигает его неутоленный голод. Изображать джентльмена, которого она хотела в нем видеть, значило издеваться над его мужским естеством.
— Мне очень хочется поцеловать вас, — вдруг тихо произнес Себастьян, — но я боюсь нарушить установившийся между нами мир.
В его глазах засветилось желание, и Иден почувствовала, что ее, как всегда в его присутствии, неудержимо влечет к нему.
— Не думаю, что почтительный поцелуй может нарушить наше перемирие, — неуверенно ответила она.
Сделав шаг, Себастьян обнял ее за талию и неожиданно понял, что никогда еще не обращался с женщиной так бережно.
В последние одиннадцать лет его мало волновало, производит ли он хорошее впечатление на многочисленных дам, с которыми ему приходилось общаться. Иден была совсем другой, и он начинал понимать, почему ее бывшим кавалерам не удавалось взволновать ее. Им казалось святотатством ее рассердить, вызвать ее неудовольствие. Себастьян просто стоял, не отрывая взгляда от ее губ, она недоуменно нахмурилась. Прежде он так и норовил заключить ее в объятия и целовал гак, что она едва не задыхалась, а сейчас почему-то медлил.
— Может быть, вы первая поцелуете меня, — прошептал Себастьян, — я боюсь перейти границу и снова очутиться там, откуда мы начинали — когда вы пообещали ненавидеть меня до самой смерти.
— Я была страшно зла на вас, когда говорила это.
— У вас были для этого все основания. — Его чувственные губы замерли всего в нескольких дюймах от ее рта.
Иден ощутила знакомый трепет желания и радость от того, что Себастьян предоставил ей право выбора.
Встав на k цыпочки, Иден прижалась губами к его губам, и внутри пробудился все тот же огонь. Со дня их знакомства на ярмарке ее так же сильно тянуло к Себастьяну, как и его к ней. Внезапно все вокруг перестало существовать, остались только он, ощущение его тепла, его вкуса и волшебные чувства, захлестнувшие Иден.
Он наконец сжал ее в объятиях, она услышала стук его сердца и непроизвольно еще крепче прильнула к нему, ища то, что поклялась никогда не искать.
