Не желая больше проявлять сдержанность, отвечаю прямо:
— Даже не собиралась, Слав. Что тебе нужно?
— Детка, я прощаю тебе твою наглость. За несоблюдение требований наказывать не стану. Забуду, что ты не явилась ко мне в пятницу, и то, что трахаешься с этим мудаком в его постеле. Зачем он тебе? У меня намного больше бабла, связей и власти. Что ты в нём нашла?
В душе пробирает истерический смех. Так виртуозно врать о любви, чтобы голос не дрогнул, да ещё с умыслом и выгодой, может только Зарубин, сволочь редкостная ещё та!
— Отслеживаешь мои звонки и смс? Чего ты хочешь, Слав? Светлана работала в твоих притонах, ведь так? Решил сделать из меня её копию?
— А ты поумнела, молодец девочка, — довольно мурлычет мой бывший любовник.
— Только в притон я тебя не хочу отдавать, самому нужна такая красотка. Ты же знаешь, твоя дерзость меня возбуждает. Ну где я найду такую горячую девочку, Асёнок? Ну прости меня за грубость. Вернись обратно, малыш. Хочешь ванильный секс — будет ванильный секс.
Хочешь, съездим куда-нибудь? Хочешь, ребёнка заведём своего. Зачем тебе Светкино отродье?
— Какое Светкино отродье? — душа вдруг заледенела. Тело замёрзло, покрылось мурашками. Не может быть такого. Он выдумал. Мне назло. Ярость схлынула за долю секунды и я потребовала:
— Ты врешь, Вячеслав! Александр Светлане не сын! Скажи, что врешь!? Откуда ты знаешь?
— Я выяснил через своих людей. Она родила его, оставила на родственницу, вскоре забрала обратно и подкинула тебе. Ты не стала возиться с подкидышем.
Да и кто бы стал? Любой бы отдал щенка в приют. Так зачем себя сейчас казнить, Ася?
Достаю близстоящий стакан на столешнице и, слушая губительную речь Вячеслава, сжимаю со всей силой стеклянный предмет. Тонкое стекло не выдерживает. Лопает. Острые грани вгрызаются с болью в ладонь. Ненавижу! Как же я вас всех ненавижу. Склеры в глазах настолько сильно обожгло солёной жидкостью, что прежде, чем смахнуть слезу веком, я упиваюсь взглядом в пустоту вокруг себя, пересиливая боль.
* * *Кровь тонкими струйками залила поверхность кухонного гарнитура. Перед глазами промелькнули обрывки недавних снов.
«Он — моя плоть и кровь, Ася. Моё дитя!..» — тяжёлый и пробирающий ненавистью взгляд будто и сейчас на меня смотрел. Чувствую его кожей. Я застыла, как влитая, на целую минуту, пока Слава своим грубым голосом не вырвал меня из воспоминаний.
— Я хочу тебя увидеть! В этот раз не потерплю отказа. Чтобы ты знала...
