Казалось, хватка Матвея никогда не ослабеет, но он иронично хмыкнув, отпустил мою руку и отошёл к столу, где лежала папка с инфой обо мне и Светлане.
Матвей нахмурил брови и деловито бросил взгляд на наручные часы.
— Пойдёшь к Максу, фоторобот составишь, — холодно настоял. — Я не желаю тебе зла, просто я тебя не знаю, пока что. И я бы очень не хотел, чтобы ты оказалась такой, как его прежняя «любовь», — тяжело вдохнул и с какой-то мелькнувшей щемящей грустью глянул в окно, за которым доносились радостные крики детей.
— Что ты ему сделала? — в очередной раз отсканировал меня всю прищуренным, пытливым взглядом. — Приворот? Заговор? Вуду? Что там ещё в арсенале у женщин имеется? Мужчина не может влюбиться и сойти с ума за одну ночь! Уму непостижимо!
— Желаю Вам того же! — отрезала как можно острее. — Чтобы однажды Вам захотелось сдохнуть от стыда за свои сказанные слова.
— Ха-ха-а... Глупость какая. Любовь это мифы! Есть страсть. Притяжение. Влечение в конце концов, но нет такой любви, ради которой можно совершать безумства.
Мать его! Дмитрий явно не в себе! Идиот хренов.
— Вы судите обо мне по моей подруге?
— Узнаю, что крутишь шашни на стороне, уничтожу собственными руками. Илью береги! Ты с Ниной за него в ответе сейчас. Макс несёт ответственность за ваши головы! Никакой «самодеятельности» я не потерплю.
— Вы забыли об Алексе!
— Ошибаешься! — рявкнул и в считанные секунды покинул кабинет, громко захлопнув за собой дверь.
Глава 4. Живой «лот».
Дмитрий.
Я снова вернулся в этот ад.
Надеялся, что забуду сюда дорогу. Суток не прошло, как я увёз Александра из этой богом забытой дыры. Но всё возвращается на круги своя уж очень противоестественным образом. Кому-то выгодна эта безумная рокировка, которая зацепила судьбу мальчишки. Будущее, что я вчера распланировал на целую жизнь вперёд, затянуло непроглядным туманом. Сука! Ненавижу враньё! Я всегда был честен со своими женщинами, даже если моя точка зрения их не устраивала. Отвечал с присущей мне правотой.
Признаться Асе о произошедшем с Раисой Ивановной, мне духу не хватило. Впихивать в её душу очередную порцию дерьма — язык не повернулся.
Вчерашнее место встречи, видимо, изменить нельзя. Стучу в эту чёртову дверь, читая надпись на новой табличке: «Руководитель Детского дома Сорокина Снежана Викторовна». Как же быстро-то власть меняется в государственных учреждениях. Прямо по щелчку пальцев, мать вашу!
— Зайдите! — донёсся женский хрипловатый голос.
Вхожу.
