— Вы меня простите, ничего такого не хотел сказать. Просто, когда Снежана устроилась на работу, признаюсь, приглашал ее на кофе. Отказала…
Меряю его тяжелым взглядом, решая, можно ли верить этим словам.
Забродский видит мой угрожающий настрой, принимается тараторить:
— Вы поймите меня правильно, я ничего плохого ей не делал, просто пригласил на чашку кофе с ее этими круассанами, любит она их. Но я ничего себе не позволил, принял отказ. Ее многие звали!
— И что? — мои брови сходятся на переносице.
— И ничего, всем отказала.
Никто уже больше даже не пытается, даже Сумачков зубы обломал…
— Сумачков это у нас кто? — спрашиваю с прищуром.
— Да так, местный женский идол, никто в общем. Ее сестра в этом плане гораздо более отзывчива, и учитывая, как они похожи…"
"— Ее сестра меня не интересует, — резко его перебиваю.
И замолкаю, снова буравлю его взглядом.
Забродский вконец теряется, заверяет меня:
— Я не знаю, что еще сказать, нет у нее никого, насколько мне известно…
— И что? — продолжаю допрос.
— За почти два года ни одного романа? В такое я ни за что не поверю. В компании достаточно холостых мужчин, неужели никто…
— Пытались многие, да, я же уже сказал. Но у нее принципы — никаких романов на работе, сама озвучила. Снежана Васильева — скромная, исполнительная девушка.
О как…
Пиздеж, пиздеж и еще раз пиздеж.
Станиславский во мне бунтует и не верит ни единому слову.
А впрочем, я довольно скоро и сам узнаю, кто ее трахает. Должна же она когда-то встретиться со своим любовником.
За ее домом уже следят. Да, вот настолько я долбанутый псих. Установил слежку за домом бывшей. Расстреляйте меня…
Когда узнаю, с кем она развлекается, уже подумаю, что делать дальше. И если это окажется кто-то с работы, пойдет на биржу труда следом за ней. Кроме того, я постараюсь довести до сведения того неудачника, по какой причине его уволили.
— Простите, а кем вам приходится Снежана Васильева? — наконец догадывается спросить Забродский.
— Никем, — отрезаю строго.
Он кивает, принимая такой ответ. Снова начинает расхваливать рабочие достоинства Снежаны:
— Как я уже сказал, она талантливый переводчик, удивительно работоспособный. Ценный кадр!
— Ага, ага, я в курсе дела. Мне от вас понадобится еще одна маленькая услуга.
— Какая же? — оживляется Забродский.
— Увольте ее.
— За что? — удивляется он.
— За несоответствие занимаемой должности, проще говоря — профнепригодность.
Глаза Забродского увеличиваются в размере.
